Ашраф восторгов не разделял и нервно мерял шагами палубу:
— Представляю: танцы на мусорных ведрах, бой на ножах для подводного плавания и прилюдное распитие ведра водки на скорость.
Нонна фыркнула:
— Уже доложили… Что за страна? Одни стукачи!
— Это я вас привез! Я за вас в ответе! Я сделал контракт и я ваш импресарио! И если вы творите такой бедлам, то тень падает на меня! Еще раз услышу о шашнях с аниматорами… Вспомни, что у меня есть ваши подписи на чистых листах!
— Листы можешь использовать, как хочешь. Мне нечего бояться. И какие шашни? Это — работа!!!
— Кроме листов, я какие требования выдвигал перед тем, как вывезти тебя сюда? А?! У тебя памяти нет совсем?
— Да помню я все!!! — Нонна выходила из себя. Почему-то она не могла разговаривать с Ашрафом спокойно. Он раздражал, казался противным, дотошным, прилипчивым, как английская гувернантка, вечно бубнящая про традиции, совесть, этикет и мораль, перевоспитывающая и призывающая к порядку.
— Ну?!! И где твой кузен? — продолжала она орать. — Я к нему не приезжала!!! Не общалась!!! Чего ты меня стыдишь постоянно?!! Чего тебе надо?!!
Ашраф, как ни странно, отреагировал на Нонкин взбрык хладнокровно:
— Еще раз повторю: у меня насчет тебя большие планы.
Девушка презрительно фыркнула:
— Уж не собрался ли ты жениться?
— Нонна! Ты же знаешь, что я женат и у меня двое детей! — поморщился Ашраф.
— Вот и разводись! А потом поговорим о твоих планах! — хмыкнула девушка-мечта и начала снимать платьице, чтобы принять солнечную ванну, демонстрируя оппоненту прекрасные округлости и показывая, что дискуссия закончена.
Ашраф потеребил бороду, вспотел, измерил шагами расстояние от бортика до бортика и, наконец, придумав выход из сложившейся ситуации, присел рядом с растянувшейся во всю красу Нонной:
— Слушай… Я же мусульманин. Можно и не разводиться… Мы просто подпишем брачный контракт, о чем моей Пауле знать необязательно.
Нонка встрепенулась:
— Так ты что? Второй женой меня сделать хочешь?!
— Так будет лучше…
— Я — честная девушка!!! И не на помойке себя нашла! Как ты только посмел такое предложить?!
Ихаб, не обнаруживший повреждений у красавицы-яхты, со вздохом облегчения поднялся в кают-компанию и остолбенел: три девушки в позе раком стояли на диване лицом к окну и, облокотившись на спинку, наблюдали, как Нонна и Ашраф зажигательно переругиваются на носу судна. Он моментально вспотел от душещипательной картины и закружился между предметами шикарной мебели, не зная куда себя применить. В конце концов Ихаб налил себе воды, бухнулся в кресло и, утирая пот платочком, попытался сконцентрироваться на особенностях траектории полета чаек за противоположным окном.
Ашраф махал руками, кружил по палубе и бил себя по лбу. Нонна в позе модели времен Айседоры Дункан, с развевающимся на ветру газовым шарфом, смотрела вдаль и изредка поворачивалась к собеседнику, бросая на него уничижительный взгляд.
— Ну никак не найдут консенсус… — вздохнула Милка. — Почапаем мы с этой «Нирваны» прямиком в аэропорт.
Рядом вздыхала Лана:
— И чего Нонке Ашраф не нравится? Уж лучше, чем Шланг…
— Шланг Нонке слова не скажет, а вот Ашраф, если ему дать волю, быстро поставит ее буквой «зю»… — рассуждала Иринка, покусывая кубы. — Надобно опохмелиться, а то меня доставят в аэропорт на карете скорой помощи.
— Мистер Ихаб! — позвала она затихшего хозяина яхты. — Извините за беспокойство, но не найдется ли у вас на борту немного пива?
Ихаб наконец-то все понял. Странно, время десять утра, но кто разберет этих русских?
Пива, правда, не было и Ихаб, доказывая, какой он хороший и гостеприимный хозяин, приказал команде корабля отдать швартовы у какого-нибудь отеля на пятнадцать минут. Иринка поболтала с ним о погоде и климате, о необходимости единения с природой. Ихаб с трудом выслушал про закаты и пользу утреннего пробуждения, но все же расцвел и почувствовал себя на коне, возрадовавшись, что общение худо-бедно налажено.
— Какие мы сегодня по-английски разговорчивые, — подколола Милка. — Джозеф не зря старался!
Иринка согласилась:
— Ага. И «Горбачев» тоже. Если б его не было вчера так много, я бы век не заговорила, — заговорщицки подмигнула она.
Ихаб суетился, орал на свою команду, указывал властным перстом куда бросать канаты и вообще изображал из себя командующего флотом.
— Ух, мне бы такое плавсредство! — мечтательно проговорила Милка. — Я бы объехала весь белый свет с комфортом и шиком. Да и дом на плаву оригинально выглядит… Тем более такой…