Нонна слушала вполуха, шепот Шланга отвлекал от действительно приятных и волнующих мыслей об Али. Он, наверное, уже ушел в свой отель… Интересно, вспоминает ли? Думает о ней? Нонна решила, что подождет три дня и сама позвонит в «Морской рай». Причину можно выдумать. Легко! А там… От мафии еще никто не уходил…
— Чую, что рыбина на грани истерики… Плывет прямо на меня и вид такой загадочный… как у каннибала. Я приготовился…
Муди заговорщицки лыбился и звал в комнату. Лана прекрасно проводила время, наблюдая за Стасиком и слушая милую трепотню Иринки, Милки и Ашрафа-Психа. Ей совсем не хотелось уходить, но Клоп был истинным клопом: умел присосаться навек.
Она говорила, что лучше посидеть в компании, неудобно уйти, пока Шланг, главный виновник проводов, сидит, а все пьют за попутный ветер в спину.
Клоп же понимал неубедительные Ланкины доводы в извращенном варианте: она кокетничает, дразнит и немного издевается, что является нормальным поведением девушек. Они все такие. Им надо слова красивые послушать, повыпендриваться, помяться, чтобы не подумали, что они легкого поведения. И что в результате? Результат один и тот же: все равно пойдут. Опыт Клопа ограничивался именно таким развитием событий. Красавцем он не был, но успеха у женщин никогда не искал. Успех почему-то сам находил Мудика. Темно-коричневая с отливом кожа, невысокая, сбитая фигура спортсмена, яркая белозубая улыбка и бесшабашная наглость. Что-то в нем было… Чувствовалась какая-то первобытная сила. Этакий темнокожий Тарзан неразумеющий, что Джейн, что сидит перед ним, вовсе не Джейн, а Лана… Девушка, которая просто не в состоянии отказать. Отказать не потому, что его дикие чары околдовали, хотя после предложения руки и сердца она относилась к нему более заинтересованно, а потому, что тихая, робкая девочка столкнулась с мчащимся на всех парах паровозом, уносящим совершенно в противоположную сторону, слышащим только собственный гудок, а не скромные попытки слишком робкой пассажирки объяснить что-то на плохом английском. Лана вообще не могла и не любила объяснять, ругаться и выяснять отношения. Вернее, просто не умела этого делать. Всегда легче промолчать или, на худой конец, уступить, чтобы оставили в покое…
— Как впилась мне в ногу своими зубищами!!! Крови-и-ища! — Стасик продемонстрировал хорошо знакомый фурункул. — Я, недолго думая, сразу ей в глаз!!! Когда встречаете акулу, надо ей сразу в глаз. Она по-другому не понимает. У нее рядом с глазами мозг…
«Свой человек» Мухаммед, тот темнокожий секьюрити, что был свидетелем всего и вся, покинул пост и уселся рядом с честной компанией. Он был рад пообщаться. Тем более что после двух месяцев в «Солнечном береге» и стараний Джозефа по-английски девочки худо-бедно говорили. Они вместе вспоминали картину первого знакомства, ту ночь в отеле, когда Мухаммед решил изучать японский. Секьюрити оказался компанейским парнем с хорошим чувством юмора и смешно описывал перемещение Ланы в номер. Псих веселился, девочки и Мухаммед покатывались со смеху, Стасик убивал матрас…
Джозеф тоже посетил мероприятие, поднял тост за дружбу, которая родилась между всеми собравшимися, пожелал Шлангу удач, записал его телефон и уселся слушать про бедную Лану, иногда вставляя, что «так пить нельзя», а «как можно» — он научит…
— Я ведь работаю аниматором недавно. Раньше был диджеем… — повествовал Псих Иринке, — работал в знаменитой дискотеке Каира. Выиграл конкурс по миксам. Но дернуло меня однажды поругаться с хозяином дискотеки…
Ирина слушала с интересом. Не то Псих ей нравился, не то градус набрался… Он казался более серьезным, чем все остальные. Вспоминая свою жизнь и место мужчин в ней, она признавалась сама себе, что всегда выбирала себе уже мужа, думала, сможет ли этот или тот быть хорошим супругом, а уж потом решала связываться с данным индивидом или нет. Имелось только одно исключение: Амрушка. Но он не позвонил… Ни на этой неделе, ни на той. Ждать было нечего. Ирина не будет гоняться за эфемерным единственным принцем всю жизнь. Ей надо семью создавать. Желательно с нормальным, серьезным мужчиной без материальных проблем. Хотя… Материальные проблемы можно решить. «Я не дура. Найду выход. Лишь бы мужик был стоящий…» Внешность не играла большой роли, важно было, чтобы у человека присутствовало чувство ответственности, имелась цель, угадывались какие-то таланты, ум и чувство юмора. Почему-то сейчас ей показалось, что Ашраф отвечает всем требованиям, и она решила приглядеться к нему получше.