Воцарилось молчание. Мужчины успели сделать пару глотков “Нескафе” в полной тишине.
- А признайтесь, - Макс отставил чашку. - Вы ведь не против были от неё избавиться?
- Да всяко бывало. Чего уж, - Новосильцев ослабил галстук. - Бывало, ругались, кричали друг другу: “Я тебя убью!” Но это ж ничего не значит.
- Не значит, - задумчиво повторил Максимов.
- И в то утро, когда… ну, всё случилось… мы тоже жутко поссорились. Прям вдрызг. И я опять подумал, как бы от неё избавиться…
- А потом?
- Потом? - Игорь уставился на дно чашки. - Потом с козой этой разбирались - ну, которая в меня врезалась.
- В которую вы врезались.
- Неважно.
- Ну а дальше?
- Дальше… Да не помню я, что дальше! - несостоявшийся вдовец грохнул кружкой. - По делам поехал. Что вы ко мне привязались?!
- То есть свою жену вы не заказывали?
- На хрена? Чтоб потом воскрешать? Если б ещё за бесплатно…
- А потом совесть заела?
- Вы тут чё, все дружно на наркоте сидите?! Бред несёте!
У окна заскулили. Кажется, у Пса завязался диалог с голубями.
- Единственный нормальный человек, - указал на него Новосильцев. - А вы все… Да, заела меня совесть - потому что я ей смерти пожелал! Потому что плевал на её чувства! И захотел начать всё сначала - но уже не с кем! Потому что моя Оксаночка куда-то делась! Кого вы мне подсунули?!
- Мы?!.. Да Господь с вами, Игорь Лексеич, мы по другой части…
- Э-эх, - отмахнулся от него Игорь Лексеич и загрустил.
- Игорь! - Новосильцев аж подпрыгнул на стуле. - Мне эксперт посоветовал витамины! Заедем в аптеку!
- Заедем, - буркнул Игорь и поплёлся за женой.
- Подождите! Я вам пропуск выпишу! - позвал Максим, но опоздал.
Пёс оторвался от окна и принёс Максу в зубах пустую миску.
- Эх ты, морда ушастая, ещё друг называется. Ещё бы чуть-чуть, я бы его расколол - а ты и не шевелишься мне помогать. Мог бы надавить чуток - с голубями же разобрался…
- Так ты уверен, что это он? - при взгляде на пустую миску Сашка полез в холодильник. Там водились остатки колбасы и готовый салат из “Спара”. - Н-да, негусто.
- Ну а кто же? У них были сложные отношения, все это знали. И если это происки конкурентов - он бы их за такие происки только обнял и расцеловал.
- Да нафига? Развёлся бы и всё. Доля в бизнесе ей не полагается, а от парочки квартир с него не убудет.
- Точно?
- Точно. Пока вы тут с Псом катались в своё удовольствие, мы их конкретно пошерстили.
- Так может, не она у него хотела забрать, а он у неё? - Макс взял со стула объёмный пакет. - Вот нам хавчик.
- А это чего?
- А это мои штаны, в которых я позавчера полазал по магазинчику этой Лючии, а ещё успел потереться рядом с машиной её сестрички. А вот этой тряпочкой я потёрся по салону машинки Новосильцева…
- И чё? Если у них машины поцеловались, это ещё не значит, что они любовники. Далась тебе эта Лючия.
- Да я печёнкой чую… Он упорно повторяет, что не помнит, о чём они говорили. И она тоже как-то стерильно рассказывает.
- Ты думаешь, они знакомы, но скрывают?
- Да нет. Любовники тут ни при чём… Она… как бы это сказать… С двойным дном девушка. Причём дно очень непрошибаемое. Такое бывает… знаешь… у маньяков или у киллеров.
- Да ладно тебе. Первый раз в жизни столкнулся с магией и нафантазировал себе чего-то.
- Причём я даже склоняюсь ко второму.
- Ну и как она убивает? Ритуальным кинжалом в полнолуние? Или “Эмку” на складе прячет - среди корней мандрагоры? Чушь-то не пори.
- Да почему чушь?! - Макс сердито хлопнул дверцей старенькой микроволновки.
- Потому что у тебя опыта вдвое больше моего, и тебя все хвалят - чуть ли не лучший опер на районе - а тебе бы только фэнтези писать!
- Это я от вас нахватался всякой мистики! А счас ты же меня и обвиняешь!
- Так не хватал бы!.. - Сашка перевёл дыхание. - Ладно, Макс… это… не будем ссориться. Я с утра на взводе.
- Мы и не ссоримся, - Макс глянул на таймер. - Мы спорим. Ну давай, капитан Погодин А. И., поделись со мной своим свежим неискушённым мнением.
- Счас поделюсь, - Санёк полез в задний карман джинсов. - Вот. Оксана в косметичку лазала, у ней выпало, - он предъявил зажатую между средним и указательным пальцем визитку. - А ты, между прочим, и не заметил.
- Качалка? - Макс внимательно изучил визитку тренажёрного зала. - Площадь Сенная… Типа она спортом занялась?
- Ну, может, с депрессией борется. Я бы туда заглянул.
- Вот и загляни.
- Да не, лучше уж ты - развеешься. А то всё по своей итальяночке сохнешь.
- Да иди ты.
- А чё, итальянки - они такие… А если серьёзно, Макс, мы зациклились на Новосильцеве, а связи его жены практически не проработали. Ну, кроме школьной подружки-маникюрши.
- И какие у ней связи, если она качаться стала только после смерти?
- Макс, не тупи. Там не только качаются, но ещё и треплются дай бог. Моя из тренажёрки столько сплетен приносит.
- Вот и зашлём её.
- Нафига? Когда у нас есть вы с Псом?
- Пса не пустят.
- Вот и наведите шухер. Пока его ловят, подслушай чего-нибудь и сопри. Ты ж это любишь.
- А ты быстро учишься.
- Ну так… Макс! У тя пицца горит!
- Эх ё!.. - Макс подорвался тушить микроволновку. Тревога оказалась ложной. - Приколист хренов.
- Ну я же быстро учусь.
Пусть с опозданием, но обеденный перерыв начался.
7. Летучий эскадрон
Лючия решила притормозить с заказами. Если она сотрёт память заказчику, это не значит, что дело обойдётся без случайных свидетелей. Нельзя предусмотреть всё сразу и нельзя пожелать всего сразу - задачу нужно формулировать буквально. Издержки профессии.
Потому что у всего есть обратная сторона.
Лючия с головой ушла в работу. В подготовку к “Вереску”. Организаторы чуть ли не ежедневно присылали ей отчёты о расходах, так что она уже знала, не только какие микрофоны будут на сцене, но и в каких стаканчиках в перерыв собираются продавать напитки. Она связывалась с другими спонсорами и стабильно по паре часов в день обсуждала, кто на что и сколько тратит. Одни пункты из списка расходов вычёркивались, другие добавлялись, Вайбер, Скайп и почта наполнились спамом типа перечня окрестных хостелов (ей-то оно зачем?), а контекстная реклама упорно предлагала студийную запись собственного альбома. Музыкальным творчеством Лючия не страдала и наконец пожелала себе день интернет-тишины.
Но это не значило, что она собиралась безнаказанно наслаждаться жизнью. То есть Лючия, конечно, не мыслила жизни без наслаждения, но кроме чужих дел ей предстояло разобраться и со своими. Например, обеспечить рекламу магазина. Не альтруизма же ради и меценатства для, а в целях взаимовыгодного сотрудничества взялась она за этот геморрой. Мысленно поворчав, что в музыкальной индустрии одни раздолбаи, и пообещав себе никогда не использовать волонтёрский труд, потому что труда там от силы один процент, а остальные девяносто девять - халява и развлечения, Лючия отправилась в типографию забирать рекламки.
Типография - точнее, центр оперативной печати, как они себя называли - находилась в заречной части. Почему-то Лючии торкнуло в голову, что там сработают добросовестнее. А может быть, просто захотелось лишний раз пересечь любимый мост. Она могла бы отправить за листовками кого-нибудь из ребят, тем более что Дэн никогда не отказывал в помощи, а Серый вообще жил рядом с тем торговым центром, где на втором этаже заседали печатники, и мог бы заглянуть туда перед работой, а Яну вообще надо гонять в хвост и в гриву, а то возомнила, что в жизни всё так же радужно, как в книжках и сериалах, по которым она фанатеет… Но обстоятельства сложились так, а не иначе и убедили Лючию, что иногда человеку везёт не по собственному волеизъявлению, а просто по прихоти мироздания.