Однако Египет привлекал внимание Англии и Франции не только в качестве объекта колониальной эксплуатации, но и в силу исключительно выгодного географического положения на перекрестке мировых торговых и военных коммуникаций, значение которых колоссально возросло с наступлением эпохи империализма. Особенно важное значение это обстоятельство имело для Великобритании, над колониальной империей которой, как говорили тогда в Лондоне, «никогда не заходило солнце». Сооружение Суэцкого канала подействовало на английских империалистов, как красная тряпка на быка.
Вопрос оккупации Египта Великобританией стал только вопросом времени. Однако путь английским солдатам, затянутым в красное сукно, был проложен сворой стервятников — международным финансовым капиталом.
Историю приобретения Великобританией египетской доли акций Всеобщей компании морского Суэцкого капала апологеты британского империализма с ноткой своеобразной гордости называют «мастерским ударом» Дизраэли, премьер-министра Великобритании в 1874–1880 гг. Действительно, эта комбинация является классическим примером, но не дипломатического мастерства, а беспринципности и коварства. Использовав затруднительное финансовое положение, в котором оказался Египет, Дизраэли организовал мощное психологическое давление на хедива Исмаила, призванное подтолкнуть его к продаже египетской доли акций во Всеобщей компании. Для этого английский премьер-министр не останавливался ни перед чем, вплоть до распространения заведомо ложных слухов о нерентабельности и полной бесперспективности нового морского пути.
Вскоре представился случай и для более активных действий. В ноябре 1875 г. хедив Исмаил в очередной раз ощутил настоятельную потребность в финансовых инъекциях для того, чтобы расплатиться со своими кредиторами. Британский генеральный консул в Египте генерал-майор Стэнтон, активно шнырявший по приемным хедива и его доверенных лиц, телеграфировал в Лондон, что Исмаил не исключает возможности продажи своей части акций общим числом 177 642 и переговоры на этот счет уже якобы ведутся с французским банком. Стэнтон тут же получил указание выяснить, насколько соответствуют эти слухи истине. Уже на следующий день он вновь доносил в Лондон, что эта информация достоверна, поскольку хедив остро нуждается в деньгах. 17 ноября он получил очередную телеграмму из Лондона, в которой говорилось: «Весьма важно, чтобы интересы вице-короля Египта в Суэцком канале не попали в руки иностранной компании. Добейтесь прекращения переговоров и доведите до сведения вице-короля, что правительство ее величества расположено приобрести его долю акций, если будет достигнута удовлетворительная договоренность».
Подготовка «мастерского удара» Дизраэли производилась в обстановке полной секретности. Только спустя длительное время стало известно, что еще в июле 1874 г., т. e. непосредственно после прихода к власти, Дизраэли в качестве нового главы кабинета тори вступил в неофициальный контакт со своим дальним родственником банкиром Натаниэлем Ротшильдом, попросив его выяснить у Лессепса, возможно ли полное приобретение Суэцкого канала Великобританией. Лессепс, как всегда беспринципный, ответил согласием, но заломил слишком большую сумму, что и сорвало намечавшуюся сделку.
Отступив в 1874 г., британская дипломатия не упустила свой шанс в 1875 г. Правда, дипломатам ее величества пришлось изрядно потрудиться, так как французы, в свою очередь, тоже активно осуществляли различные дипломатические комбинации с целью прибрать к рукам египетскую долю акций. Соответствующие переговоры велись банковской группой Дервье. Лессепс также предлагал Исмаилу различные варианты покупки или сдачи в залог его доли акций. Он называл даже сумму — 100 млн. фр. Однако к 23 ноября Стэнтон, не останавливаясь перед методами грубого нажима, добился согласия на продажу египетских акций Великобритании.
Дизраэли в своем стремлении обойти конкурентов пошел даже на нарушение установленного конституцией порядка заключения подобных сделок: не информируя парламент, он договорился с фирмой Ротшильда о займе. Окончательно согласованная сумма была смехотворна: всего 4 млн. ф. ст. Однако и она была снижена до 3 976 580 ф., после того как оказалось, что 1040 акций были уже несколько лет назад заложены в Париже. Разгильдяйство и бесхозяйственность в окружении Исмаила дошли до того, что министры хедива попросту забыли об этом.
26 ноября семь тяжелых ящиков с египетской долей акций во Всеобщей компании морского Суэцкого канала были переданы генералу Стэнтону. Значение этого события было оценено по достоинству только много лет спустя. Сегодня египтяне справедливо говорят, что хедив Исмаил, продав египетские акции в Компании Суэцкого канала, продал тем самым Египет. Вся операция, подготовившая коренной поворот в исторических судьбах Египта, заняла не более 10 дней.