Исар слегка наклонился, пристально вглядываясь ей в лицо. Уилла насторожилась – не любила она такие взгляды.
– Буду с вами откровенным, – признался он. – Я в Клестере не из-за таких, как вы, Уилла Бендиар, а из-за убийств в детском приюте. Вам, наверное, известно, что орден надзирателей доживает последние дни, поэтому некоторым из нас предложили другую работу. В частности, мне. Я еще выполняю функции надзирателя, однако также работаю и на королевскую Канцелярию. Так сказать, собираю независимые данные о случившемся. И мне, конечно, нужны информаторы. Давайте договоримся. Вы будете рассказывать мне обо всем подозрительном, что заметите в приюте – даже о самых незначительных мелочах, я же не стану вас докучать со своим «надзирательством». Обещаю полностью забыть о ваших звездах и прошлом. Ну, как? Мы договоримся?
Так вот почему он изменил к ней отношение – из-за ее новой работы. Настроение почему-то испортилось, Уилле стало досадно. На какой-то миг она поверила, что среди надзирателей бывают исключения, и вот этот – хороший. Впрочем, ничего обременительного для себя в его просьбе она не заметила. Конечно, в ней содержался намек, что, откажись Уилла, и ее жизнь в Клестере превратится в ад из-за постоянных придирок надзирателя, но отказываться она не собиралась.
Интересно, что Исар Де Гранж, который, как выяснилось, тайно работал на короля, винил в случившимся темные силы. Прямо, как Чода Скобесски, но ей-то с ее мистическим сознанием простительно – она и в гороскоп верила. Последнее, что уточнила Чода, когда они расставались в кафе, так это то, под каким знаком зодиака родилась Уилла. Услышав ответ про «Тельца», Чода обрадовалась, потому что, например, «Скорпиона» она бы на работу не приняла. Однако было странно думать, что такие серьезные люди, которые, несомненно, работают в Тайной королевской канцелярии, могут верить в сверхъестественное.
До сих пор Уилла сталкивалась лишь с игрой и притворством. Никто из надзирателей всерьез не считал «ведьм», проходивших перевоспитание в Исправительной гимназии, настоящими служительницами тьмы. Как и большинство «ведьм», с которыми «перевоспитывалась» Уилла, были лишь умелыми актрисами, которые где-то оступились, в результате, угодив в ловушку – в гимназию, которая, по сути, была легкой формой тюрьмы для мошенниц.
Теперь взгляд Исара казался хитрым. Разумеется, он что-то задумал и «скормил» ей удобную ему ложь. Пусть так. Уилла не собиралась на него отвлекаться. Ей будет несложно придумывать для него разные небылицы про жизнь приюта и его обитателей – лишь бы не лез к ней со своим «надзирательством».
Расстались они почти друзьями. Исар еще говорил о чем-то с кучером, Уилла же поскорее побежала к таверне. Безобидный снег, начавшийся так красиво вечером, к ночи грозил перерасти в настоящую метель.
Хозяйку, очевидно, предупредили, потому что она сразу узнала Уиллу. В таверне сидело не очень много посетителей, но все они повернули головы вслед за девушкой, пока она поднималась на второй этаж вслед за тучной владелицей заведения. Разговоры стихли, и скрип лестницы был слышен даже сквозь завывания ветра. На улице разыгралась нешуточная метель.
– Я принесу ужин вам в комнату, – сказала хозяйка, отведя глаза. Уилла ее поняла. Владелица боялась, что прибывшая из столицы темноликая спустится вниз и затеет ссору с постояльцами. Если бы не просьба надзирателя, Уиллу в такое заведение вообще бы не пустили. Хозяйка явно тряслась за репутацию, поэтому девушка постаралась ее успокоить:
– Спасибо, – поблагодарила она. – Из комнаты выходить не собираюсь, оставлю вас рано утром. Если позволите, воспользуюсь дверью для прислуги.
Только так и получалось налаживать отношения с людьми. Хозяйка просияла, а Уилла теперь хотя бы была уверена, что в ужин ей не плюнут.
Растянувшись на кровати, она наконец позволила себе расслабиться. Завтра дел предстояло еще больше, но Уилла уже чувствовала себя опустошенной. Клестер забирал слишком много энергии, а ведь она еще даже с настоящими недругами не встречалась. К ним, например, точно относилась Бьянка – жена следователя Дэйна Кармаля и глава Ведьминого Круга.
На родных Уилла не обижалась. Получилось даже хорошо, что она не ночует дома. Как минимум половину неприятных расспросов удалось избежать. Что касалось тоски и ностальгии, то их не было. Уилла вдруг поняла, что не скучала по родному дому. Она пока не определилась хорошо это или плохо. Может, все от того, что она никогда Клестер родным не считала? Или давала о себе знать давняя обида, хотя Уилла считала, что с ней справилась.