— Так ты и правда согласилась, Сонь. Чего беситься теперь?
— Матвей…, — с тихим страдальческим стоном развернулась, прошлась до кровати хозяина и упала, что называется "мордой в подуху".
Назаров появился рядом уже через секунду, аккуратно разместившись слева от меня. Перевернулась на спину, едва ли не засыпая, но упорно продолжала пялиться в потолок. Так и лежали рядом - словно супружеская пара, прожившая в браке 50 лет. То ли убить уже друг друга, то ли обняться с горя.
— Сонь, ну поехали, а? Отдохнём, повеселимся. Там воздух знаешь какой свежий? Природа нереальная, и шашлыки будут - пальчики оближешь!
— Назаров, давай признавайся, с какого такого перепугу ты надумал тащить меня туда? — подвох чувствовала всем своим организмом. А интуиция меня подводила редко. Случай в горах не в счёт.
— Ты только не злись, Софи, — Матвей прикрывает глаза одной рукой, — мне нужна девушка. Сонь, хорош уже убивать меня взглядом. Я просто хочу, чтобы ты сыграла роль. У тебя получится, я уверен. Только вспомни наш поцелуй…, — я, блин, про него только стала забывать, гаденыш ты такой!!!
— А больше ты ничего не хочешь, Матвей?!
— Пожалуйста, Сонь, разве я о многом прошу? Там будет моя бывшая, она дружит с сестрой Кости. Не поехать я не могу, сама понимаешь. А отдирать от себя весь вечер Виолетту совсем не хочется.
— Свету.
— Что? А, нет. Света, вроде как, в депрессии после нашего расставания. Я ей путёвку подарил, так что грустит сейчас она на островах. Виолетта же… — неужели я вижу смущение на лице Матвея? Ах, точно! — мы какое-то время жили вместе, а потом Летта вдруг решила, что у нас любовь до гробовой доски и что нам нужно как можно скорее пожениться.
— И вы конечно же расстались, — закатила глаза, уже зная продолжение столь душещипательного рассказа. — Что плохого в семейной жизни, Назаров? Почему ты так этого страшишься?
— Ты правда думаешь, что я боюсь? Крошка Софи, ты разбиваешь мне сердце! Нормально я отношусь к семейной жизни, просто мне ещё рано, да и не уверен, что вообще когда-нибудь захочу этого. Но никаких предубеждений и душевных травм из детства, честное слово.
— А если я вдруг, как твоя Виолетта, решу захомутать тебя? Выставишь меня из квартиры, и что мне потом делать? Мне тут, между прочим, очень даже нравится. Получается, весьма рисковое дельце ты мне предлагаешь, Матвейка.
— Я тебя умоляю, Сонь. У тебя же на лбу неоновыми буквами сверкает слово "благородство". А знаешь, вот ты предположила такой вариант развития событий, и мне как-то даже не хочется бежать, сверкая пятками. Я к твоей кухне привык, моему желудку так вкусно давненько не было. Так что, если вдруг влюбишься в меня - маякни. Ничего против не имею, и квартира твоя любимая навсегда останется с тобой.
— Ну ты и придурок, Матвей, — приподнялась на локтях, слегка покачивая головой.
Назаров же, словно коршун над добычей, чересчур пристально меня рассматривал. Чего надеялся увидеть - непонятно. Думал, что поведусь на его дурацкие шутки? Может именно поэтому сейчас Матвей являл образ высшего недовольства и некой задумчивости.
— Ладно, пойдём уже сделаем это, герой-любовник. Считай, что такова моя благодарность в ответ на спасение нас с Валей от голодной смерти в горах. — поспешила встать с кровати, пока Матвея не посетила очередная гениальная идея с моим участием. И какого лешего я согласилась на эту затею даже не спрашивайте. Бес попутал! В очередной раз... Просто фейспалм.
***
Если уж я бралась за дело, то старалась выложиться на все сто. И неважно, в какой области требовались мои усилия - вскопать маме грядки, устроить подруге девичник, или же сыграть роль девушки своего нового соседа - все обязательно будет идеально исполнено, даже чересчур. Так что к друзьям Матвея собиралась хоть и быстро, но обстоятельно. Топ и шортики, которые ни разу не пошлые, но от которых фантазия отправляется путешествовать в миры безудержного разврата, бикини белоснежного цвета с милыми вишенками и полная противоположность - откровенный красный купальник, любимый жёлтый сарафан и пару комплектов кружевного белья. Последнее на всякий случай, да и чтобы чувствовать себя увереннее.
Вернуться мы должны были в понедельник утром, Матвей клятвенно заверил, что отвезёт меня прямиком на работу. Сейчас же я допытывала мужчину, дабы не ударить в грязь лицом.
— Нам нужна достоверная легенда. Сколько говоришь ехать? Ага, успеем, — Матвей был в приподнятом настроении выезжая со стоянки, то и дело поглядывая в мою сторону. Это он еще бедняга не знает, какой дотошной я могу быть.