— Видишь в нем родную душу, Валечка? - усмехнулась ехидно в ответ.
— Да, именно так, Вагнер, — Валя вдруг стал до невозможности серьёзен. Не было больше этого дурашливого тона и привычного игривого настроения, — ему хорошо с тобой, пока что. Скоро твой сосед добьётся своего, а там уже вопрос времени, как скоро ты ему надоешь. И что потом, Соня? Твоё разбитое сердце? Этого ты хочешь? Мне нравится Матвей, он вроде неплохой человек, но как партнёр, как спутник жизни, совершенно не подходит тебе.
Минут пять прошло, прежде чем я ответила Вале. Прокручивала в голове его слова, и понимала, что да, он прав. Только мне от этого нихрена не легче. Единственное, в чём Есенин ошибся - это моя симпатия к Матвею. Он был не просто симпатичен мне, я начала в него влюбляться. Дурочка с переулочка просто. Ощущала себя амебой последней, а поделать ничего не могла. Наверное и правда стоит закругляться со всеми этими совместными вылазками. А ещё в срочном порядке нужно было искать жилье. Чем больше времени я проводила с Матвеем, тем сложнее и запутаннее всё становилось.
Но свою дозу удовольствия я всё же была намерена получить. Природное упрямство не позволяло уйти из жизни Назарова спокойно и молча. Он обязательно запомнит меня надолго. Возможно, даже будет вспоминать иногда. Но это уже так, из области фантастики.
— Я понимаю всё, не такая уж глупая, какой ты меня считаешь, — тихо продолжила я, — скоро съеду от него, и забуду, выброшу из головы. Просто...
— Ладно, забей. Поступай так, как считаешь нужным. Но я рядом если что, Сонь. Когда придёшь ко мне в слезах и соплях со своим разбитым сердцем я даже не стану говорить "говорил же, предупреждал!". Обещаю, — Валя шутливо поиграл бровями и протянул мне мизинец.
— Клоун ты, Есенин, — но мизинец другу в ответ всё же протянула, — помоги мне костюм надеть, а? Скоро Назаров приедет.
Валя закатил глаза в сотый раз за вечер, и мы дружной компанией стали делать из меня обаятельную чертяшку. Не ангелом же мне быть? Нимб пусть на себя Матвей натягивает, я собираюсь разыгрывать совсем другую партию.
Появление Матвея прошло совсем мимо меня. А всё этот хвост, будь он неладен!
— Ай, твою мать, Валя, ты мне этой штуковиной уже всю задницу пометил! Поаккуратнее никак?!
— Сонь, хорош брыкаться, как девочка одуванчик. Себе же хуже делаешь! Стой спокойно, я сейчас-сейчас...так, почти всё, почти просунул!
Дурацкая прищепка, с помощью которой к моей короткой красной юбочке крепился демонский хвост, отвалилась практически сразу от грубых пальцев Валентина Есенина. И теперь мы пытались реабилитировать костюм с помощью подручных средств - обычной булавки.
— Кхм, если бы не видел, чем вы тут занимаетесь, подумал бы, что ты мне изменяешь, Софи, — я подпрыгнула от неожиданности, и в мою пятую точку снова прилетел острый предмет.
Слова Сексихатовича немного резанули слух. Изменяю ему? А мы разве состоим в отношениях? Или, может, я что-то упустила? Черт те что творится!
— Назаров, твою ж бл@ть за ногу, обязательно так подкрадываться? — мы с Валей синхронно держались за грудь, именно за ту сторону, где находилось сердце. Правда у Есенина оно почему-то оказалось справа. От волнения, видимо.
— Меня даже суслики в своих норах услышали, лапками мне приветливо махали, пока я к вам, занятым таким, подъезжал, — Валя, как только услышал близкий и такой знакомый юмор, начал ржать, как последний идиотушка. И этот человек мне пол часа назад что-то втирал про разбитое, Назаровым, сердце. Сам то, нет, ну а сам-то!
Есенин всегда обладал на редкость проницательным характером. Быстро пожав Матвею руку он совершенно незаметно оказался за рулём своего внедорожника. Ещё через пару секунд я смотрела вслед здоровой махине, которая скрылась за поворотом. То есть, вот так просто? Взял и скинул меня на попечение этого гада? Нет, я конечно планировала ужин с соседушкой, но Валя мог бы и задержаться приличия ради. В конце концов, изобразить из себя заботушку. Вот из вредности возьму и не дам Матвею. Чего не дам? А того самого! Доступа в свою сокровищницу, ага. И просрет Валечка спор с Полиной, а деньги мы с ней пополам разделим, три ха-ха.
Но это я так, чисто из вредности. Как говорится - это все лирика. Потому что смотрела я на своего ангела - писец как соблазнительно выглядели на Матвее белые крылья, на голый-то торс - и думала, что дам. Сегодня же и дам ему, а потом еще завтра, и, может быть, даже послезавтра. Времени, пока я буду искать квартиру, должно хватить, чтобы насытиться Назаровым сполна. Озабоченная пошлая Соня уже взяла бразды правления в свои шаловливые ручки.