Готова
С того дня прошли сутки. Самые страшные и мучительные для меня сутки. Когда я получила подтверждение своим страхам, тогда в коридоре, я, не желая проигрывать, его оттолкнула и повторила свои слова: «Я тебя ни за что не приму» Он тихо ушел, а у меня будто умерла душа. Он ничего не сказал, а меня оглушило. Не знаю сколько я стояла там, потерянная и разбитая, но оказавшись у себя я заперлась. В первые часы я чувствовала опустошение. Было тяжело дышать, будто грудь была сдавлена непомерной ношей. Потом апатия исчезла, заменяясь истеричным желанием выйти за дверь, увидеть его. Все тело зудело и меня временами кидало в холодный пот. Но, я не могла сделать и шага. Ноги одеревенели. В одно время я, задыхаясь и хрипя, начала биться в конвульсиях. Мышцы сводило, выворачивало, скручивало. Казалось еще чуть чуть и я умру. Сердце, будто в попытке вырваться, рвало грудь на части. Но я не могла даже пискнуть. Когда я потеряла связь с реальностью, не помню. Проснулась, когда щеку обжег удар - Сэ Ра! Милая, прошу, очнись! Парень на грани истерики, выкрикивая мое имя, прижимал к себе и, убаюкивая на руках, все просил не уходить. Открыв глаза, поняла, что полулежу на полу. Мир заторможено холодно воспринимался. Лишившись эмоций, я как-то безразлично так подумала, что парень, так сильно прижимавший меня к себе, очень большой. И теплый. И нежный. Мой отец никогда не был таким. Он скорее был давящим, злым и каким-то неродным. А этот, родной. Эта мысль не стала для меня открытием. Я ведь с самого начала чувствовала это. Всегда знала что он мой. Близкая душа. Соулмейт. - Проси о чем угодно! Я даже соглашусь отпустить тебя, только не умирай! - все просил он и я подумала, что надо бы попросить прощения, а то я всего его извела - Маленькая моя, прости по... - Прости... Тишину возникшую после моих слов можно было резать ножом. Он медленно отодвинул меня от себя и осторожно заглянул в глаза. А потом резко притянув к себе, усадил к себе на колени и грубо поцеловал. И я мгновенно очнулась. Все чувства разом вернулись, сознание прояснилось. Реальность огромной волной обрушилось, заставляя меня принять себя. До этой секунды замороженные эмоции яркой вспышкой прошлись по телу, будя каждую мою клетку, окрашивая мир в яркие краски, наполняя меня жизнью. Хосок целовал кусая. Он мстил за все свои переживания, страхи, отчаяние, что пережил, боль. Я покорно все приняла. Виновата. Заслужила. Как только я ответила на поцелуй, он изменился. Стал мягче и нежнее. Как будто просто прощение, за причиненную ранее боль. И с изменившимся поцелуем, изменились и мои чувства. Я оттаяла. Приняла свою судьбу. Побывав на грани смерти я поняла, что моя свобода меньшая жертва. На кону стоит моя жизнь. Да и Хосок не мой отец. По крайней мере, даже в первую встречу я интуитивно знала, он мне боли не причинит. Поэтому и спокойно, не беспокоясь за свою честь, безопасность и здоровье, все это время жила у него. Как жаль, что я слишком поздно поняла, к чему я иду. Видимо заметив, мое эмоциональное состояние парень отстранился. Я не спешила открывать глаза. Не хотела показать свои чувства. Пока я не готова признать свою ошибку. И он снова понял. Молча притянул к себе и крепко обнял, даря поддержку. Сколько мы так просидели на знаю. Просто, в одну секунду, мы оторвались друг от друга и молча, не смотря друг на друга, разошлись. Я на кровать, он к себе. В тот день это была нашей последней встречей. Зато утро было неожиданно шумным. Хосок с кем-то ругался. Громко, крепко матеря. Не сдержав любопытства, я все-таки заглянула в коридор и обомлела. Там стоял абсолютно багровый отец. - Я ни за что ее не отпущу! - рычит парень угрожающе нависая над не менее большим моим папочкой - Знаю я вашу больницу! Напичкают ее хуй знает чем и получите вместо дочь овощ! - Я лучше знаю, щенок! - рявкает папа в ответ - Поживи с мой возраст, вырасти ребенка и потом учи! Ишь, выискался! Хосоку рот открыть я не дала. Громким покашливанием привлекла внимание обоих мужчин и томно протянула. - Воды бы мне... Парня как ветром сдуло, а я подобралась и, быстро подхватив батьку под руку, под его же изумлённый вдох, потащила в гостиную. - Девочка моя! - причитал он - как ты? Этот гаденыш ведь ничего не сделал? Он... - Что ты имеешь в виду под " ничего не сделал»? Мой холодный тон удивляет отца и он немного теряется. Я, воспользовавшись его заминкой, еще строже продолжила: - Хочешь сказать, что, я, такая распутная, что позволю себя обесчестить? Или думаешь, что твой будущий зять, и мой соулмейт, способен причинить мне боль? Специально заострила внимание на словах «мой соулмейт». Папа чуть не подавился злостью. Но что-то удерживало его от вспышки гнева. Раньше он бы взорвался за секунду, а тут терпит. Скрипит зубами, но молчит. Вот он набирает в грудь побольше воздуха, протяжно выдыхает и выдает: - Я ведь просто беспокоился... Мне до чесотки стало интересно, что за цирк устраивает здесь отец? Прощупывает почву? Для чего? И я кидаю бомбу. - Со мной все нормально. Меня здесь кормят, поят, развлекают как могут. И со здоровьем тоже все хорошо. Приступов ни разу не было и метка проявилась. Отчёт отцу очень не понравился. Было видно по поджатым губам и свирепому взгляду. Видно не этого хотел. Видимо, пришел все-таки скандал устроить и меня забрать. Значит не смирился с затью айдолом. Он было открыл рот, но влетевший Хосок, заткнул. Я же, не теряя и секунды, деловито подскочила на ноги и, забрав с рук парня стакан с водой, заглядывая в глаза парня, пропела: - Папочка уходит. - на удивленные взгляды обоих, поясняю - Ему позвонили, сказали срочно. - и уже обращаясь к отцу - Да ведь пап? А папочка неожиданно покладисто кивает и, бросив какой-то неопределенный взгляд на Хосока рядом, тяжело встает и просто уходит. Молча. Тихо. - Что это было? На вопрос парня я лишь пожимаю плечами. Не хочу говорить догадки. Почему-то знаю, что он расстроиться и разозлиться. Этого допускать не хотелось и я решаю отвлечь его. - Что есть поесть? Он немного теряется и, секунду поразмышляв, выдает. - А что ты хочешь? - Не, ну так не пойдет! Вопросом на вопрос не отвечают! - восклицаю я и вижу, как он тянет губы в улыбке. - Я люблю только рамен. Тут теряюсь я. Я рамен терпеть не могу. Вообще не понимаю как его можно есть. А парень говорит, что любит только его. Не понимая теперь как быть, я зависла. Хосок захохотал, вводя меня еще в больший ступор. - Одевайся иди, отведу кое-куда. И подтолкнув в мою комнату, ушел к себе. Теперь улыбнулась и я. Внутри зацвела весна и родился восторг. Влетая в комнату, невольно замечталась. Я иду на свидание. Впервые в жизни я хотела и ждала этого. И желание все росло, обретая очертание парня из соседней комнаты. Взгляд упал на спрятанную сумку с одеждой. Я ее собрала буквально несколько дней назад, уверенная в своем решении, веря в ее правильность. Сейчас же, я подумала, что это самое глупое и незрелое, что я, когда-то совершала. Нынешняя я, была готова новому неизведанному. Я, наконец, была готова.