Рукопожатие благополучно состоялось.
― Я поняла. Я Вишня.
― Ты вроде ничего. Миленькая, ― Карина без стеснения рассматривала подружку брата.
― Да и ты тоже вроде более-менее, ― оценила честность та.
― Идёшь с нами в комнату ужасов?
― Ну уж нет. Ни за что.
Карина многозначительно поиграла бровями.
― Чё так? Трусиха?
― А ты не трусиха?
― Не а.
― Ничего. Вот напугает тебя как-нибудь братик долбанутый ночью, нацепив светящиеся линзы и маску из Пилы, да так, что с двухэтажной кровати навернёшься и пальцы на ногах сломаешь ― будешь тоже бояться.
Карина смерила её взглядом а-ля: тетя, ты чё? Совсем ку-ку?
― Я в отдельной комнате живу.
― Счастливая. Я в твоём возрасте терпела постороннюю морду рядом двадцать четыре часа в сутки. И ночной храп выездного оркестра страдающих насморком бегемотов.
Девчушка хихикнула. Сравнение ей понравилось. Она бы с удовольствием поделилась информацией, что Марк хоть и не храпит, зато любит сопеть во сне, причём иногда очень громко и смешно прихрюкивая, но к ним полетела испуганная Бабочка, прерывая милую беседу.
― Вишня, Вишня… ― слегка задыхаясь от бега, прохрипела она, маша руками по подобию веера. ― Там… там…
― Так, погоди, отдышись, ― Марк ободряюще перехватил Лену за кисти. ― Вдох-выдох, вдох-выдох… Так, а теперь рассказывай. Пожар? Террористы? Битлз из гроба встали, за мозгами охотятся?
Заметив замешательство на красивом личике, Вишня, не удержавшись, злобно пнула его по ноге. Вот зачем издеваться над человеком? Знает же, что она таких шуток не понимает.
― Не слушай ты его, ― она поспешно переключила внимание Бабочки на себя. ― Что случилось?
― Драка. Твой брат…
Дальше уже можно было не дослушивать, основная суть понятна. Все поспешили за Леной, хотя нужное им место угадывалось и так. В направлении разбитых под навесом уличных кафешек, откуда за километр веяло ароматным шашлыком, собралась целая толпа зевак.
Протиснувшись через их спины, Вишня обнаружила Костю, сцепившегося с тремя парнями лет на пять-семь старше себя. На траве валялись перевернутые пластиковые стулья и столы. Сверкали в полёте занесенные кулаки. Раздавались затрещины.
Полина стояла на передовой и как ни в чём не бывало снимала потасовку на телефон.
― Снимать такие вещи очень некрасиво. Особенно девушке, ― заметил какой-то дедок. Замечание было тем неуместней, что сам он стоял за ручку с дошколенком-внучком и вполне себе спокойно наблюдал за дракой.
― Я безмерно ценю ваш вклад в развитие моего морального облика, но закрыл бы ты рот, дедуля. Портишь видео трескотней, ― огрызнулась на него Абрамова.
― Что произошло?? ― рядом с Полиной выросла Вишня.
― Да я не поняла. Этот, который с подбитым глазом, ― она ткнула подбородком в одного из противников Кости. ― пихнул меня. Пиво разлил. И чё-то вякать начал. Да и хрен бы с ним, с муд*ками связываться, что об стенку лбом долбиться. Можно, но нужно ли? А твой долбанутый братец завёлся с пол-оборота. Полез на него с кулаками.
Тут Вишня не удивлялась. Костя постоянно влипал во всевозможные передряги из-за своего взрывного характера. Для него ничего не стоило полезть драться за выброшенный мимо урны фантик. Не из любви к природе, а из желания во чтобы то ни стало отстоять свою правоту.
― Ну куда ты лезешь??? Не мешай, а! ― сердито завопила Полина на Марка, кинувшегося разнимать драчунов. Единственный из толпы. Другим, видимо, не хотелось попадать под раздачу. Однако его пример вроде как пристыдил остальных. В поддержку подтянулись ещё несколько мужчин. Численным перевесом разошедшихся уже не на шутку удалось усмирить. ― Блин. На самом интересном месте, ― Абрамова огорчённо опустила телефон. Снимать больше было нечего. ― Ну чего? ― осуждение во взгляде Вишни её нисколько не смутило. ― Мужик должен уметь постоять за себя.
― А если бы его ножом пырнули? Тоже стояла бы и смотрела?
― Ну не пырнули же, ― резонно заметила та. ― Да, я с*ка. Уж прости. Какая есть.
Замаячивший перед ними довольный Костя, облизывающий окровавленную губу, сиял ярче начищенного самовара. Горделивый такой, будто в одиночку положил целое войско врагов, а не тискался на траве с выпившей молодёжью. Теперь будет ходить, светить содранной скулой, как орденами. Уже светит. Прям ждёт одобрения от Полины. Глаз от неё оторвать не может.
А то что сестра рядом стоит, это так, декорация. Ну и хрен бы с ним. Пускай теперь с непутевым братцем другая нянчится. Только Абрамова явно не по этой части: максимум её нежности ― плюхнуть на фиолетовую от синяков морду замороженного мяса. Дальше если очень хочется, чтоб пожалели, придётся просить кого-нибудь из прохожих. Ладно. Пускай разбираются, раз выбрал.