Оставив в покое неадекватную парочку, Вишня поспешила к Исаеву, помогающему ребятам из кафешки ставить на место уличную мебель и подбирать слетевшие на землю бутылки и тарелки. Марку тоже немного досталось, неудачно подвернулся, закрывая Костю, и словил по лицу.
Багрова насильно развернула его к себе, заставляя прерваться.
― Больно? ― осматривая кровавый подтек у него на брови, спросила она.
― А? Да ерунда.
Какая-то девушка, стоявшая неподалёку со своим молодым человеком, сочувствующе протянула Вишне пачку влажных салфеток.
― Ты всегда такой? ― промакивая ранку спиртовой тряпочкой удручённо покачала головой Багрова.
― Какой? Ай, щиплет…
― А ну не дергайся! Какой, какой: лезешь куда не попадя! ― Марк попытался увернуться, но напоролся на строгий взгляд исподлобья. Ух какой, такому опасно идти наперерез. На хмуром лбу сложились забавные складочки. Губы поджаты. Сама серьёзность. Исаев не сдержал улыбки. ― Ещё улыбается! А если бы у этих придурков стоп-кран был сломан? Ладно Костя. Этот дурак с детства во все драки, ямы и заброшенные здания в аварийном состоянии лез. А ты какого чёрта?
― Ну не бросать же твоего брата.
― Его проблемы. Отобьют мозги, может умнее станет.
― Ты сама себе противоречишь. Одно с другим плохо вяжется.
― Неважно, ― пасмурно отозвалась Багрова, комкая и пряча испачканную салфетку в карман. ― Не придирайся к словам. Суть ты понял.
― Не могу понять: это ты злая или взволнованная?
― Это так важно?
― Хочу научиться улавливать разницу.
Вишня неопределённо дёрнула плечом.
― Злая. И немного взволнованная.
― За меня?
― А что, очень хочется?
― Мне было бы приятно.
Багрова подозрительно прищурилась.
― Ты что… заигрываешь со мной?
― Я в этом не очень силён.
― Это заметно, ― их взгляд на доли секунды встретился, и они, не сдержавшись, одновременно улыбнулись.
― У тебя очень красивая улыбка. Знаешь об этом? ― не мог не заметить Марк, разглядывая её румяные округлившиеся щеки.
Вишне было настолько же приятно, насколько непонятно происходящее.
― Ну вот, опять. Зачем?
― Зачем, что?
― Эти комплименты. Не надо меня умасливать. Ты мне ничего не должен.
― Нет. Но я тебя обидел.
― Нет. Ты озвучил свою точку зрения. Я её уважаю. Не хочешь отношений ― как скажешь. Нет проблем.
― Ни не хочу, меня на них нет времени ― это разные вещи. Просто я уже пробовал, и ничего не получилось. Очень быстро начинаются обиды, упрёки и капанье на мозги. Вы же девушки хотите постоянного внимания: цветочки, гулянки, болтовня по телефону. Это нормально, но я не могу этого дать. На данный момент не могу.
Вишня хорошо понимала, к чему вёл Исаев. В целом и в общем его слова имели смысл. С девчачьей натурой непросто. Девочки народ требовательный. Конечно, не особо понятно, чем же он так занят сильно, ведь даже у Вени учёба не занимала столько времени, однако Марк не учёл одну маленькую деталь…
― С неправильными девушками ты встречался, дядя Федор, ― пародируя мультяшное мурчание кота Матроскина, усмехнулась Багрова и дальше продолжила уже нормально. ― Просто выбирать надо таких же самозанятых. Поверь, если бы мы с тобой попробовали, ты бы первый не выдержал и устроил мне разбор полётов. Или для тебя привычное дело, когда девушка на неделю уезжает в другой город с гастролями?
Довольная собой, она круто развернулась на пятках, собираясь уйти и дать собеседнику возможность хорошенько обдумать её слова. Вот только не учла свою катастрофическую невезучесть и мокрую подошву кед. Исаев протянул руку распластавшейся на земле и ржущей до слез над собственной неуклюжестью Вишне.
― Я хотела уйти красиво, ― сквозь хохот пожаловалась она.
― Я так и понял, ― не спорил тот, помогая ей подняться. ― Сделаем вид, что у тебя получилось.
― Я могу попробовать ещё раз.
― Ради бога. Но я запишу это на видео, ― он помог ей отряхнуться. ― Ну или Полину попрошу. Она это точно умеет.
― Чтобы глумиться?
― Или любоваться.
Очередная неловкость. Её буквально парализовывало каждый раз, когда Марк говорил подобные вещи. Плюс её рука всё ещё находилась в его ― он так и не выпустил её. Ладонь приятно покалывало. Воздух будто густел; во всяком случае дышать становилось сложнее. Сердечко внутри сделало двойное сальто назад и довольно улюлюкнуло. Ух, твою налево…