― Встреча на шоу Леси Вок, ― отозвалась та, поправляя бряцающие об столешницу браслеты. Ноутбук ожил. На мониторе развернулась заполненная таблица. ― В следующий вторник вылетаем в Москву. На съёмки. За три дня нужно успеть, потому что в субботу двадцатиминутное выступление там же, в столице…
Багров старший заглянул через плечо пиар-менеджеру, разглядывая электронные окошки напротив дат.
― А школа у неё на какое число назначена? ― поинтересовался он не без ехидства.
Строгая дама с лёгкой брезгливостью отстранилась, не позволяя вмешиваться посторонним в её личное пространство.
― Какая школа, уважаемый? ― саркастично заметила она. ― Хотите сорвать всем уроки, а дочь получить по частям в пакете? Обычная школа для неё теперь закрыта. Могу посоветовать отличный закрытый музыкальный институт для детей звёзд шоу-бизнеса. Там она будет среди своих.
Вишня испуганно отмахнулась от мелькающей перед глазами туши.
― А как же Академия Высших Искусств?
― Забудь о ней.
Ни крупицы жалости в голосе. Разве так можно преподносить новости?
― Но она же будет только в следующем году. За это время всё уляжется. Может, я никому больше не буду нужна.
― Ты будешь никому нужна, если больше не выйдешь на сцену. Тогда да, уже через полгода про тебя забудет около пятидесяти процентов аудитории, остальное будет суммироваться в течение последующих трёх-четырёх лет.
Вишня недоверчиво посмотрела на Тимура, как бы прося подтвердить. Тот кивнул.
― Так нечестно. Я же не Майкл Джексон. Не такая уж и популярная.
― Это неважно. Если тебя узнает хоть один, остальные подтянутся из любопытства. Ты готова по двенадцать-восемнадцать часов находиться под пристальным вниманием?
― Ну неделю помучают меня. Две. Три. Месяц. Потом привыкнут. Надоест же народу рано или поздно.
Пиар-менеджер снова забренчал шумными браслетами ― это она что-то набирала на клавиатуре.
― Слишком наивное предположение, но это лишь от того, что ты ещё пока не до конца поняла, что тебя ждёт.
― Да уж догадываюсь, ― грустно пошевелив пальцами на ногах вздохнула Вишня.
― Надеюсь на это. Мы договоримся с руководством твоей школы о том, чтобы закончить её на удаленке. В конце концов, аттестат ты обязана получить.
― На удалёнке? Что мне теперь, сидеть в четырёх стенах?
― Нет. Ты можешь спокойно выходить на улицу. Заниматься своими делами. Но с этого дня тебя будет сопровождать охрана не только на публичные мероприятия, но и в течение обычного дня. Мы уже проводим собеседования для выбора кандидата.
― Это ужасно…
Хотелось плакать и бить кулаками куда придётся. Разве это справедливо? Ей нравилось то, как она жила раньше! Нравилось быть нормальной. Никому не нужной. А теперь спокойно в магазин за хлебом не сходишь с грязной головой. Ни погулять. Ни сходить на ту же вечеринку. Ни напиться, чтобы об этом никто не узнал. Даже в школу и то больше нельзя.
― А нельзя просто сказать, что это тупо п***ёж? ― спросила вдруг Полина, с интересом садиста ковыряющая последние несколько минут пальцем сетку на ракете.
На неё посмотрели, как на ополоумевшую.
― Что, простите? ― сухо переспросил пиар-менеджер.
― Ну… нельзя всех наеб**ь? ― как ни в чём не бывало продолжала Абрамова. ― Сказать, что это деза. Что она не эта ваша Мистерия, а подставная личность? Что, типа, вы просто решили хайпануть на новости?
Тимур смерил Полину взором воспитателя дошкольное группы.
― А вы представляете, леди, сколько билетов на её концерт вернут обратно в кассы после такого заявления? Толпа не любит, когда её обманывают.
― Ой, да ладно. Люди дебилы. Они сожрут всё, что вы им скормите.
Тиме его собеседница совершенно точно не нравилась.
― Я невероятно благодарен за то, что вы поделились своими идеями, но огорчу ― всё не так просто. Если Вишня не хочет растерять фанатов, ей придётся дать подтверждение.