Громкое фырканье выразило всё, что та думала по этому поводу.
― Да нифига. Просто тебя прикольно дразнить.
Вениамин, последние несколько минут сверяющий фото с афиши будущего концерта с сидящим на кровати оригиналом, задумчиво прицыкнул. Его крайне заботил тот факт, что за столько времени он не распознал в однокласснице скрытую личность. Сей факт беспокоил его не столько с точки зрения любопытства, сколько с позиции умственных способностей. Другие идиоты, да, но не он же…
― Скулы, носовые крылья, подбородок… Вот теперь вижу очевидное сходство, ― удручённо покачал головой он, поправляя массивные очки с толстыми стёклами. ― Как я мог упустить это из виду?
― Сердечки в башке выбили мозги? ― предложила Абрамова.
― Я не имею привычки морально разлагаться от влюблённости, в отличие от некоторых субъектов.
Полина не обиделась, хотя камень явно был брошен в её огород.
― Ну хоть познакомишь с этой интердевочкой?
― Нет. Вы плохо на неё повлияете.
― Ой, скажешь тоже. Всего-то подсадим на кокаин. Обещаю, в свой любимый БДСМ клуб я её не потащу. Честно-честно. Хотя мне осталось привести два гостя и получить двадцать процентов скидки на следующий годовой абонемент.
― А туда что, абонементы продают? ― заинтересовалась Вишня, откладывая учебник. Нет, сегодня не её день. Знания упорно не хотели вдалбливаться в светлую голову. Спасибо, конечно, Вене и Бабочке, которые, собственно, и приносили ей конспекты с домашними заданиями всю последнюю неделю, но на сегодня с неё достаточно.
― А ты как думала? ― фыркнули в ответ, поправляя уползший в сторону септум в носу. ― Подписывают договоры на крови? Приводят в качестве подношения девственниц?
― Ну…
В открытую дверь громко постучали, прерывая любопытную тему.
― Мелкая, тебя там спрашивают, ― швырнув Полине бутылку минеральной воды, без восторга проинформировал сестру Костя.
Абрамова с брезгливостью посмотрела на этикетку.
― Дебил, ты чё принёс?
― Воду. Как и просила.
― Я не пью без газа.
― Чё, религия не позволяет? Бери что дают. Не нравится: оторви задницу, и сама вали в магазин.
Пшикнула открытая бутылка.
― Ага. Щаз. Харя не треснет мечтать?
Конец. Невероятно информативный диалог завершился. Оба больше в упор не смотрели друг на друга.
― Кто пришёл-то? ― напомнила про себя Вишня.
― Не уточняли, ― сухо бросил братец, утопывая к себе в комнату.
Багрова вопросительно уставилась на осушившую как ни в чём не бывало половину бутылки Полину. Отсутствие газов, по всей видимости, уже больше никого не смущало.
― У вас-то что случилось? Вчера ж только на диване тискались.
― Не твоё дело, ― огрызнулась та, пряча лицо за журналом. Это Абрамова так отгородилась от вопросов. Типа, я в домике, меня не кантовать.
― Ну не моё так не моё, ― особо не противилась Вишня, выползая из вороха подушек. В чужие проблемы лезть особо не хотелось. Своих хватало с головой.
― Вишня… ― окликнула её на пороге Бабочка. Она вдруг кинулась к ней, душа в объятиях. Словно прощалась. ― Я всё равно тебя люблю…
― Э-э-э… И я тебя, ― Лену ласково похлопали по спине, сдерживая подступающий кашель. Слишком уж сильно худенькие по виду ручки пережимали шею. ― Я ещё никуда не уезжаю.
― Я помню… Просто хотела, чтобы ты знала. А то вдруг захочешь остаться в Москве…
Остаться в Москве. Перспектива звучала, конечно, заманчиво, но об этом говорить было рано. Да и родители никуда её не отпустят до совершеннолетия. Они терпеливы и не запрещают дочери заниматься любимым делом, закрывая на многое глаза, но и у их вседозволенности имелся лимит доступного.
Высвободиться из объятий Бабочки оказалось непросто. Потирая ноющую шею Вишня спустилась вниз. Признаться, в глубине души она очень сильно хотела, чтобы странным гостем оказался Марк, но тогда это не вписывалось бы в Костино описательное «не уточняли». А между тем, с того дня на крыльце они больше не виделись. Не переписывались. И не созванивались.
Выходила какая-то тупая неопределённость, потому что было непонятно, что и как теперь между ними происходило. Просто… по факту, они не ругались. И как бы не расставались, но при этом чёрная кошка не просто перебежала им дорогу, но и подтянула за собой весь свой выводок.
Ещё и поцелуй с Кириллом. Пускай липовый, и не по её воле, но он случился. И вряд ли Марку был приятен. Ведь он, вероятно, в курсе. Вишня сама уже неоднократно порывалась позвонить ему первой, но каждый раз палец застывал над кнопкой вызова.