― Поверь, так только кажется. Что ты хотела?
С раскрытым ртом осматривающая большой дом Карина испуганно вздрогнула, возвращаясь в реальность.
― Я… я хотела извиниться. Это я во всём виновата. Брат взял с меня слово, но я не удержалась. Машка моя лучшая подруга… И она пообещала, что будет молчать. Я… я не знала…
Столько стыда. Вишня ободряюще положила ей руку на плечо. Такая она маленькая ещё. Тринадцать лет. Совсем ребенок. Марк прав. Что с таких взять? За что ругать? За любопытство? За возраст? Как бы она сама поступила, окажись на её месте?
― Не бери в голову, ― успокоила она Карину. ― Я виновата в большой степени. Была слишком неосторожна. Изменить что-либо всё равно уже нельзя, так что глупо переживать. Может, оно и к лучшему. Кто знает.
― Ты серьёзно?
― Более чем. Не переживай. Правда. Я не держу зла.
Карина виновато полезла в рюкзачок.
― Возьми, ― чуть дрожащими руками она протянула Вишне билеты на концерт и пропуска за кулисы. Те самые, что она ей дарила вместе с диском и плакатами.
― Зачем?
― Не знаю… мне просто неловко теперь, что они у меня.
Вот и как злиться? Да Карина же сейчас расплачется. Девчонка удивлённо ойкнула, когда Вишня её обняла.
― Оставь себе. Сходи со своей Машкой. Если вы ещё не разочаровались в Мистерии, конечно.
Напряжённое тело в её объятиях расслабленно вздохнуло.
― Шутишь? Конечно, нет, ― уже более ожившим голосом ответила Карина, прижимаясь к ней и стискивая руками за талию. ― Моя любимая певица встречается с моим братом, ― вскинув голову, ярко-голубые глаза-васильки пристально уставилась на неё. Стало даже не по себе. Словно через постороннего на Вишню посмотрел сам Марк. ― Вы же встречаетесь?
Сердце рухнуло вниз, разбившись об пол. Она, конечно, сказала Кириллу, что парень у неё есть, но кто его знает, как там на самом деле обстоят дела…
― Не знаю. Твой брат неделю со мной не разговаривает.
― Да он ни с кем не разговаривает. Большую часть времени молчит. Марк переживает, я знаю.
― Откуда?
Карина смутилась.
― Слышала их с мамой разговор.
Вишня многозначительно поиграла бровями.
― Ушки на макушке, да? Тебе только в шпионы.
― Он тебя любит. И хочет помириться, вот только гордый. Мальчики все такие.
Ага. Карина пошла пятнами. Кто-то не умеет врать.
― Это ты тоже подслушала или додумала сама?
― Ну… я это знаю… Поговори с ним. Пожалуйста. Я знаю, что вы поругались из-за меня, и мне это совсем не нравится.
Так вот зачем Карина тут? А может, и не извиняться она пришла, а уговаривать её первой пойти на мировую? Поди пойми, что руководило хитрой девчонкой. Желание исправить ошибку, любовь к брату или возможность иметь в ближайшем доступе поп-звезду?
А с Марком Карина эту тему тоже поднимала? Если да, то что он ответил? Вряд ли согласился. Его же здесь нет. С другой стороны, Вишня была виновата перед ним в большой степени, чем он, а, значит, и на перемирие должна пойти первой. Хоть это и не совсем по правилам.
По давней традиции девушкам запрещено первыми протягивать белый флаг, но ведь обстоятельства бывают разными. К тому же, глупо отрицать, она ужасно, просто неимоверно скучала по Марку. И это была ещё одна причина послать к чёрту гордость.
Прошедшая неделя стала её кошмаром. Особенно по ночам. Днём спасал плотный график и друзья, а вот после заката… всё, о чём она могла думать, стискивая телефон: ну хоть одно сообщение. Всего одно. Банальное «привет». Вишня даже специально не меняла номер, который ей успели оборвать старые знакомые и якобы друзья. Чтобы у Марка была возможность дозвониться.
Вот только он не звонил. Бывшие звонили, даже тот козёл, удумавший её в своё время травить решил про неё вспомнить, а долгожданного звонка так и не случилось. А она верила и ждала. М-да… Влюблённые девушки те ещё идиотки, конечно.
Карина, стиснув кулачки, ждала ответа, хлопая большущими глазищами подобно анимешке. Ох, берегитесь, парни. Щас подрастёт оторва, и вам придёт пипец. Да тут всем он придёт. Сопротивление бесполезно. Лишь бы Вишня об этом не пожалела…
Она согласно кивнула, принимая моральное поражение перед самой собой.
― Хорошо. Я с ним поговорю.
Глава 16. Новый сожитель
Вишня, конечно, хотела начать улаживать свою трещавшую по швам личную жизнь после возвращения из столицы, однако чувства внесли свои коррективы. Видимо, тараканий саммит, уютно устроившийся в бабской башке со стаканчиком виски и сигарой, решил, что не нужно столько ждать. Сердце рвалось к Марку и раз она решила сделать первый шаг, то терпеть уже не могла.