Звать кого-либо кумир девочек-подростков не стал. Решил, по всей видимости, не портить бесценные голосовые связки. Оставив без внимания и Полину, и пьющую у холодильника водичку Бабочку, при виде поп-певца едва не поперхнувшуюся, Кирилл миновал гостиную, но до лестницы так и не дошёл, столкнувшись нос к носу с Марком.
Препятствие гостю не понравилось.
― Парень, ты мешаешь мне пройти, ― зашкаливающе вежливо, так, что абсолютно не верилось в искренность, заметил Комета.
Исаев сухо скрестил руки на груди.
― На то и расчёт.
― Ты не понял? Я хочу пройти.
― Хоти.
― Ты тупой? Я к Вишне.
― Не получится.
― С чего это?
― Потому что здесь я.
До Кометы дошло.
― А. Точно. Не сразу приметил. Это ты же тот парень, который отшил её, ― Марка оценивающе оглядели и явно остались не очень довольны увиденным. ― Я думал будет поинтересней. Неужели нельзя было выбрать что-то поприличнее? Она-то тёлка огонь, любого бы склеила.
Исаев тормознул ринувшегося на звезду Костю. Пускай брат посидит в сторонке сегодня. В этот раз разбираться будет он.
― Ну-ка повтори, ― ледяным голосом попросил Марк. От такого тона обычно поверхности инеем покрываются. ― Как ты её назвал?
― Как? ― не понял Кирилл. ― Тёлкой что ли… ― он, вскрикнув, схватился за нос. На пальцах осталась кровь. Комета от ярости побагровел. ― Ты в курсе, на что подписался?
Исаев потряс кистью. Удар вышел славным.
― Удиви меня.
К сожалению, или к счастью, но полноценной драки не состоялось. Из ванной показался Багров старший, вытирающий руки полотенцем.
― Молодой человек, ― вежливо, но хмуро посмотрел он на поп-певца. ― Настоятельно рекомендую покинуть этот дом и больше никогда не переступать его порог. Иначе мне тоже придётся прибегнуть к грубой физической силе. А вы этого не хотите, уж будьте уверены.
Кириллу хватило ума не осложнять ситуацию. И не от страха испортить своё главное средство заработка. Шрамы, да горбинка на носу ему только пойдут, но всё же одно дело какой непонятный пацан, и другое непосредственный родственник Вишни. Не драться же с ним. Вряд ли дочка обрадуется. Там потом не только штрафом придётся отмазываться.
Принимая поражение с видом человека, у которого болели все зубы, Комета, запрокинув голову, сунул Косте букет. Тот даже не пошевелился. Розы, встретив пустоту, упали на пол.
― Пока, пока. Заглядывайте ещё, милый юноша, ― сладенько улыбаясь, помахала на прощание сваливающему с окровавленной мордой Кириллу таращившаяся в телек Полина. Липовая улыбка стёрлась с её лица едва дверь захлопнулась. Как мокрой тряпкой прошлись по доске. ― Фу. Прям руки помыть хочется. А я даже к нему не прикасалась.
Вишню сковывал мандраж. Он всегда присутствовал в начале, нормальное явление. Зрители в зале бесновались, как будто в них вселился Сатана со всей своей дружной компанией бесов. Чем громче они кричали, требуя, чтобы кумир вышел на сцену, тем сильнее у неё дрожали конечности и потели ладони. Как бы микрофон не выскользнул. Вот будет неловкость.
― Да не сцы, нормально всё будет, ― весьма сексуально посасывая Чупа-Чупс, пихнула её в плечо Полина. Пихнула ободряюще, но с присущими ей замашками ― не рассчитав силы.
― Только синяка и не хватало, ― потирая ноющее место буркнула Багрова.
― Ну простите, Ваше Высочество, ― сердито огрызнулись в ответ. ― Хрен я теперь тебя когда поддержу.
― Лучше делай это как Бабочка, без рукоприкладства.
Лена, о которой шла речь, виновато вздрогнула. Последние минут семь она активно строила глазки симпатичному инженеру-светотехнику. Только и успевали хлопать длинные изогнутые ресницы. Кокетливо наматывался на палец белокурый локон. Покачивались кружевные оборки розовой юбочки. У молодого человека не было шансов. Он даже про работу забыл, и едва не уронил себе на голову подвесную лампу. Бабочка довольно зарделась.
Помимо девчонок за кулисами ещё присутствовал Костя, ищущий чтобы урвать из еды. Закуска точно имелась в личной гримёрке Мистерии, но чтобы туда уйти нужно было оставить Полину, чьё мега-короткое чёрное платье было слишком коротким и оставляло неравнодушным персонал концертного комплекса. А тут ещё весьма провокационно посасываемая конфета. Не выдержав, Костя вырвал Чупа-Чупс у неё изо рта.
― Хорош. А то рот заклею.
― Что такое? ― хитро улыбнулась Абрамова. ― Возбудился?
― Женщина, не дразни меня.
― А то что? Трехдневное воздержание на мозги давит?
― Господи! Идите, уединитесь уже! ― жалобно заскулила Вишня, зажимая уши. ― Озабоченные кролики.