Он перемолвился с примчавшейся для очередного переодевания Вишней лишь пару фраз, но и этого заигрывающего подмигивания в её сторону было достаточно, чтоб кулаки Исаева снова начали сжиматься. Нет. Нужно держаться. Нужно быть спокойней. Нельзя так остро на всё реагировать.
Но как можно держать себя в руках, когда эта сволочь без капли стеснения пялится на его полуобнажённую девушку, натягивающую на себя очередной купальник, который почему-то называется платьем. В этот раз белый, с прозрачными вставками. Спасибо длинному шлейфу, он придавал всему этому безобразию хоть какое-то подобие цивилизованного наряда. Не выдержав хищного оскала Кирилла, Марк закрыл от него собой Вишню, хмуро скрестив руки на груди.
― Посмотрите, какой собственник, ― хмыкнул Комета. ― Тяжело тебе придётся, чувак.
― Разберусь без посторонней помощи.
Вишня, в данный момент сосредоточенная лишь на концерте, танцевальных движениях и страхе не забыть слова, так как вживую петь ― это не под фанеру рот открывать, даже не вслушивалась в происходящее. Она сейчас находилась в своей собственной маленькой вселенной, вне радиуса которой никого и ничего больше не существовало.
Не было посторонних лиц, не было разговоров. От того она настолько свободна раздевалась до нижнего белья в присутствии толпы. На приёме врача мы ведь не стесняется. Перед гинекологом тоже не краснеем, юбки смущённо не мнём. Тут тоже самое. Это работа. И в своей работе Вишня выкладывалась по максимуму.
Шли последние минуты. Завершало мероприятие совместное выступление одной из самых обсуждаемых за последние месяцы «знаменитых пар». Восторженные девчонки едва не охрипли в зале, когда на сцене к Мистерии присоединился Кирилл. А как очарователен был сам певец. Так улыбался. Лучистей и добрее человека просто ещё не родилось. Шедевральное лицемерие. И полное отсутствие чувства самосохранения.
Марк отвернулся от греха подальше. Слишком неприятно было смотреть, как он тёрся вокруг Вишни, дыша ей в шею и приобнимая. Ну правильно. Песня такая. Должно же быть чувственно. Страстно. Тьфу. Чтоб его. Когда уже доиграют последние аккорды?
Концерт, наконец-то, был окончен. Занавес опущен, а довольные зрители отпущены. Исаеву не терпелось поговорить с Вишней по-человечески: наедине, в спокойной обстановке, но какой там. В честь удачно отыгранного вечера было решено продолжить веселье в забронированном для звезды ресторане, расположенного в том же здании.
Высокие своды только и успевали вздрагивать от хлопков открывающегося шампанского и звона чокающихся бокалов. Задним фоном негромко играла музыка. В окнах было туманно и пасмурно. Декабрь месяц, а на улице мелкий противный моросящий дождь и ни намёка на снег.
На мини-вечеринку были приглашены все свои. Только ближайшее окружение звезды… и ещё с полсотни непонятных личностей, которых Вишня и не видела никогда. Тимур постарался. Зазвал на торжество всех, кто мог бы быть полезен в будущем. Ну и ладно. Посторонние её не интересовали. Она то и дело оглядывалась по сторонам, выискивая Марка. Вот только его как раз и не было. Как и Карины. Неужели уехали?
Родители тоже уехали. Подарили дочери красивый букет, поздравили с великолепным выступлением, напомнили, что невероятно ей гордятся, пожелали хорошо повеселиться и поехали домой. Сказали, что подобные гулянки это для молодёжи, а они уже для таких вечеринок слишком стары. И то верно. Некоторые вещи им точно лучше не видеть.
Например, как Полина, наплевав на правила приличия и мораль, сидела прямо на Косте. Парочка заняла собой один из многочисленных мягких диванчиков, на котором при желании уместилось бы четверо. Упавшие чёрные волосы с разноцветными прядями тактично прикрывали от остальных страстные поцелуи. Жалко мужские руки на женской заднице было не так просто спрятать.
Кирилл стоял в сторонке, общаясь со своей командой, однако нет-нет, да поглядывал на Вишню, красноречиво подмигивая и делая губами что-то вроде: «чмок-чмок-чмок». Та в ответ закатывала глаза. Что за человек? Что ещё надо ему сказать, чтобы он отвял? Ещё и во время песни в этот раз слишком уж распалился. Больше обычного. Конечно, откуда ей было знать, что это было подстроено лишь ради того, чтобы позлить напоследок Исаева. Он же обещал, что отстанет и обещание сдержит, но поражение Кирилл привык принимать так, чтобы последнее слово оставалось за ним.
― Бабочка, ты наступила мне на ногу, ― заметил Вениамин. Они стояли рядом с Вишней, развлекая её в те редкие минуты, когда звезду не утаскивал для разговора тет-а-тет Тима. Продюсер за весь вечер, кажется, не присел ни разу. Всё скакал и скакал безумным кенгуру, словно потерял шило в одном месте, пока его мобильники разрывались от звонков. Веня недовольно вырвал ногу из-под каблука Лены. Та сделала вид, что ничего не заметила. Но уже через пару минут как бы невзначай пихнула его локтём, от чего сладкий крем пирожного остался на подбородке у ботана. ― Да в чём проблема?