- На площади объявите, завтра казнь разбойников-помощников Голубой стрелы. Пошумите посильнее, пусть он явится посмотреть на их казнь.
Всю ночь я не спал, не выпускал из рук стрелу.
Думал о Голубой стреле и о Весене, мне начало казаться, что упускаю что-то важное.
Как они связаны Весена и Голубая стрела, голубое оперение стрел, трилистник?
Трилистник ведёт к Весене, а ещё ведунья говорила:
- Найду и потеряю...
Нет, только не это. Нет, как же больно.
Неужели этот парень и Весена, они вместе?
Боги, только не это...
Утро пришло, наступал новый день.
Мне не хотелось этого дня, я впервые боялся того, что произойдёт.
К полудню русичей вывели на площадь, народу было полно. Вся площадь была заполнена русичами и моими свеями, народ шумел, переговаривался.
Вышел со двора в окружении своей охраны, под оружием была и вся ближняя дружина, так и до бунта недалеко.
Трое русичей стояли, высоко подняв голову, готовые умереть за своего вожака. Кузнеца поддерживали под руки, сам он стоял с трудом.
Ещё раз выкрикнули, что они будут казнены, если не выдадут Голубую стрелу.
Я глубоко вздохнул и подошёл к русичам:
- Девушку, скажите, где искать и идите с миром.
Они молчали, тут вдруг на площади, началось какое-то движение. Раздались крики, на языке русичей. К нам сквозь толпу пробиралась девушка, я напряг память, пытаясь вспомнить где её видел.
Вспомнил, когда она уже выбежала к русичам и запричитала:
- Они ничего плохого не делали, отпусти их конунг- из глаз её текли слёзы.
Эту девушку я видел с Харольдом, кажется она ему дорога.
- Как тебя зовут, - я сделал шаг ей на встречу.
- Добронрава я, конунг прояви милость. - посмотрела на меня наивными глазами.
- Уходи отсюда, - это Звен ей проговорил.
- Взять её, - рявкнул своим, и девчонку схватили за руки.
Теперь уже они стояли в четвером, смотрели на меня.
- Добронрава, надеюсь ты разумнее этих упёртых. Мне не нужен ваш Голубая стрела, мне нужна девушка Весена, она словенка, голубоглазая и худенькая. Помоги мне её найти, я не причиню ей вреда. Мне нужно только её увидеть. Посмотри это она,- я показал на статую.
Девушка смотрела на меня, в глазах стояло непонимание. Потом она заговорила:
- Мне она не знакома, но почему ты конунг решил, что они её знают?
- Потому, что они продавали украшения, которые я дарил Весене.
- Так может это из обоза, там взяли? - она продолжала сомневаться.
Вдруг наступила тишина, толпа вокруг замолчала. Я поднял голову, осматривая всё вокруг, русичей и своих свеев. Толпа медленно расступалась, образовывался круг и в его середине стоял парень с закрытым тряпкой лицом. Он стоял опустив голову, смотрел в землю.
Когда толпа расступилась окончательно, он медленно поднял голову, и посмотрел вперёд.
Русич сделал шаг вперёд, к нам на встречу.
Я как завороженный смотрел на него, ещё шаг.
Русич смотрел на трёх русичей и девушку.
Я увидел и узнал в приближающемся, того парня, что на льду реки победил Бёрна, того самого Голубую стрелу. А ещё я увидел его голубые глаза, те самые от которых я не мог оторваться и тонул в них.
В следующее мгновение, у ворот раздался шум, лязг мечей и какие-то крики на свейском и языке русичей. Пришлось оторвать взгляд от приближающегося русича, посмотреть в сторону ворот.
К моему удивлению там я увидел князя кривичей Вандала, он был на коне и приближался к нам.
- Конунг, отзови своих людей, не будем напрасно проливать кровь! - раздался мощный голос князя.
- Не будем, - и я на свейском отдал приказ не применять оружие, после чего посмотрел, вопрошая на князя.
- Конунг, я с добром, ни к чему нам вражда.
- Князь я с тобой согласен.
- Я ненадолго, сына заберу своего и уйду.
- Сына? - удивлённо я на него посмотрел.
Вандал в этот миг, выехал в круг, где стоял парень русич, с голубыми глазами.
Не спускаясь с коня, князь произнес:
- Сын, хватит уже бедокурить, поднимайся на коня и поехали домой.
Парень поднял на князя глаза и как мне кажется растеряно на него посмотрел.
- Прости конунг, сына моего, молодость, глупость. Даю тебе слово, он больше тебя не побеспокоит.
- Он твой сын? Голубая стрела твой сын?- я не верил в происходящее.
- Это так, конунг Инг. Он мой единственный сын, - произнёс это с гордостью.
В это мгновение, Голубая стрела, сын князя подошёл к своей лошади и вскочил в седло.
Парень посмотрел на князя, потом на меня и проговорил:
- Конунг, не наказывай моих людей, - мотнул головой в сторону русичей кузнеца, Бодома и Малыха, Добронравы.