Не перечила, глаза подняла и встретилась с глазами князя Владомира.
- А теперь полушай меня Весена, я болен и сколько протяну не знаю. Ты моя дочь и наследница, тебе принимать княжество в управление. Сама понимаешь, как девку тебя никто не поддержит. Поэтому я решил выдать тебя замуж, за сильного человека, он поддержит тебя. А коль внука дождусь, так ему всё и передам, а ты с мужем до его взросления будешь управительницей.
Слушала отца и сердце замирало, головой я понимала он прав, только сердце протестовало. Сердце обливалось кровью, понимая, что любовь к Ингу, в прошлом.
- Что молчишь Весена? - меня вырвали из мыслей об Инге.
- Я одену сегодня женскую одежду, а о замужестве, отец повремени немного, прошу тебя.
- Так будет лучше, иди. Завтра в город со мной выйдешь, нужно народу тебя показать.
- Хорошо.
Чуть погодя, ко мне в комнату притащили целый короб с женской одеждой. Ещё много чего принесли девки на руках, всё сложили и вышли. Долго рассматривала рубахи женские и платья, обувку, ленты и украшения.
Выбрала нижнюю рубаху и верхнюю, светлых тонов, с небольшой вышивкой по краю, мне не хотелось притягивать чьи-то взгляды, ленту голубую вплела в волосы. Очелье[1] выбрала белое тканевое, с красивой голубой вышивкой.
Оделась села, решительности не хватало. Нет уж, я и не такое преодолевала, Вышла во двор, никто и внимание не обратил, вышла бы в мужском все бы викинги головы повернули, свои бы тоже подошли.
Стою у ворот, чуть в сторонке, осматриваюсь.
Вернусь-ка я в дом, направилась к крыльцу
Вдруг резко открываются ворота и в них рысью вносятся всадники, три викинга и два русича. Они чуть не сбивают меня с ног от чего я хмурюсь, но они не успокаиваются и начинают кружить вокруг меня на конях.
Дружинники смеются весело им издеваться, над бедной девкой.
Поднимаю глаза и вижу, как в ворота степенно въезжает на коне Хольдвиг, он не смотрит на своих людей, куражившихся надо мной. Но я вижу его, а потому подаю голос:
- Хольдвиг, успокой своих людей! - на норвежском.
Воевода, слышит мой голос, но не может понять где я, он озирается, ища меня во дворе.
- Хольдвиг, я сейчас доберусь до меча и отрублю им головы.
Раздаётся громкий окрик воеводы:
- Прекратить, отошли все.
Всадники отъехали и спустились с коней. Воевода подошёл ко мне, глаза скользнули по моему лицу и спустились вниз, во взгляде читалось узнавание.
- Прости княжна меня и моих людей, не досмотрел, - он склонил голову.
Ничего не ответила, только развернулась и пошла в дом, на сегодня хватит, сделала первый шаг и достаточно.
На следующий день был мой выход в город. В этот раз моим одеванием руководил отец, сам выбрал, что надеть на меня и как украсить волосы и какие на меня надеть украшения. Мне начало казаться, что я буду гореть ярче куста калины на снегу. Стерпела всё, лишь бы не гневать отца. И только когда мне на голову водрузили, что-то тяжёлое и высокое, запротивилась.
На что отец сказал:
- Хорошо сама выбери.
И я выбрала, надела очелье голубое, украшенное мелким белым скатенем[2], Украшение тоже сменила, с красными камнями сняла и надела серьги с голубым камнем, выправив на нарядное платье цепочку с голубым камнем, подаренным Ингом.
Так и пошла на выход, с крыльца стала спускаться, и вдруг увидела как весь двор смотрит на меня.
В полном боевом облачение, стояли около двадцати воинов, викинги и русичи, отец, Добрыня, Хольдвиг и все смотрели на меня. Я смутилась, не привычно мне такое внимание.
Подошёл отец:
- Пойдем, - и слегка подтолкнул меня в спину.
И я сделав несколько шагов, вошла в круг, нас окружали дружинники.
В следующий миг открылись ворота и первые дружинники стали выходить из них, отец повернув голову посмотрел на меня:
- Я, с тобой доча. Пойдём. - и он сделал первый шаг.
Мы вышли из ворот, направились к главной площади. Шла рядом с князем Владомиром, плечо к плечу. Вокруг было много людей, они шумели и кричали. У меня не хватало смелости поднять глаза, уж больно много народа смотрело на меня. Чуть повернув их в бок, заметила Хольдвига, он шёл справа, положив руку на ножны меча.
- Весена, подними глаза, и приветствуй людей, - тихо проговорил отец.
- Как приветствовать? - подняла глаза от земли.
- Головой мотай, - и он показал как это делать.
Как только, я стала это делать, люди вокруг начали кричать:
- Княжна! Княжна Весена!
С непривычки у меня закружилась голова. Пришлось сжать зубы, помогало плохо и я посмотрела на князя, он был не возмутим. В этот момент мы двигались по торговым рядам. От нахлынувших ощущений, я ничего не видела. Поэтому для меня было внезапным, то что отец остановился и подошел к торговцу с украшениями.