С того дня прошло уже больше трёх месяцев, а ещё через неполные три была назначена наша свадьба. С момента помолвки мы стали проводить намного больше времени вместе. Я постепенно узнал ее получше и понял, что ее взбалмошный характер - следствие недостатка внимания в семье. По сути, девушка была предоставлена самой себе и учителям, которые преподавали ей на дому. Мэр, будучи человеком старых взглядов, считал, что дочери не место в общем образовательном учреждении. Я был очень рад общению с Лимой, и она тоже стала ко мне привыкать. Незаметно для себя, она стала делиться со мной своими печалями и радостями, получая от меня поддержку, которой очевидно, не знала ни дома, ни в компании подруг. Она восхищала меня неожиданной для своего возраста глубиной суждений, искренними эмоциями. Я не раз говорил ей о своих чувствах, на что она всегда отвечала молчанием. Не торопил ее, видя, что она порой погружена в себя, ей ещё предстояло принять то, что я ее уже никогда не отпущу. Нам было хорошо друг с другом, но мне было этого мало. Хоть я достаточно спокойный человек, но близость желанной женщины превращала меня в сумасшедшего юнца, который только и мечтает, что о поцелуях. И на одной из прогулок вокруг озера, я решил зайти дальше разговоров.
К тому времени, она сама начала флиртовать со мной, не замечая, какой отклик находят во мне ее надутые губки и лукавые глаза под тенью длинных ресниц. Я не удержался и притянул ее к себе, а она вздохнув, обвила мою шею руками. Наш первый поцелуй был нежным и сладким, и мог длиться бесконечно, но она чуть-чуть отодвинувшись, прошептала мне о своей любви, и ответная страсть накрыла меня с головой.
Мы решили перенести дату свадьбы на конец месяца, потому что просто встречаться стало для нас невыразимо мучительно. Пусть это и вызовет лишние разговоры в свете, нас это уже не волновало. Сейчас, когда мы узнали о нашей взаимной любви, мы хотели как можно раньше стать одним целым и принадлежать друг другу без остатка.
8
Мира
Удивительно, но с момента моего появления в этом мире, я ни разу, кроме первой ночи, не летала, и вообще снов не видела. И это было не только странно. Это сильно осложнило мое существование. Леопольд ждал от меня результатов, он хотел, чтобы я для начала рассказала ему, чем отличаются мои сны в разных мирах, чтобы потом начать практиковать совместные сны, где будет возможность управлять реальностью и понять, как научить полетам других. Потому что сам механизм мне был непонятен, и без посторонней помощи было не обойтись.
Но снов в моей жизни больше не было. Я почти две недели жила, как затворница, выбираясь лишь в библиотеку, где с удовольствием зависала целыми днями, изучая историю этого мира, его магию и вообще все, что могла найти. Поначалу я даже не подозревала, что выйти на улицу мне не позволят. Я отдыхала, читала и наслаждалась нежданным покоем после пустой, но суетной жизни в моем мире и путешествия в этом. Потом, когда я обошла всю доступную мне часть дома и сад, я решила исследовать город. И хоть, мне показалось, что выход с территории особняка выглядел по-другому, когда мы приехали, меня это не смутило - я была полна энтузиазма включиться в жизнь нового для меня мира. Но стражники, вежливо извинившись, развернули меня, не дали даже подойти к воротам. С этого момента я поняла, что сильно ошибалась, считая, будто мне позволили отдых. Меня заперли. И хоть территория была большая, сути это не меняло. За время, проведенное в особняке, я ни разу не видела никого из новых знакомых, и вообще людей, кроме слуг, но поначалу не придавала этому значения. Кто-то посчитает меня скучной, а мне просто требовалось время, вначале отвлечься, чтобы не думать, а потом, привыкнув, осознать свое новое положение и сам факт нахождения в другом мире.