— И такое случается в нашей семье, — пожимая плечами, ответила Мила.
О Свон, кажется, забыли. Ну или нет, потому что теперь потерялась она в этой непривычной атмосфере. Из-за чего захотелось резко вернуться в этот сверхбыстрый лифт, чтобы сверхбыстро смыться с этого чертового этажа. И единственная мысль, останавливающая ее — Реджина. Все ради нее, и конечно, ее сестры, составом из жестянок.
— Мисс Свон?
«Боже, не могу. Что тут не так? Что здесь происходит? Что не так со мной?»
— Сво-оон!
— Так точно, Сэр! — Выпрямилась Эмма, по стойке ровно, да и честь отдать не забыла.
— Вольно! — Слово говорит само за себя. Наконец расслабившись, Свон очнулась что ее звали.
«Нехорошо получилось, — подумала Солдат».
— Свон? — повторил Голд фамилию, будто пробуя ее на языке. — Где-то это я уже слышал, — задумчиво потирая подбородок, сказал мужчина, сейчас, больше похдивший на пожилого человека, у которого проблемы с памятью. Да что сказать, тогда и Эмма уже пожилая дама, с короткой памятью.
— Голд? Это я уже тоже где-то слышала, и явно не от Милы, — задумчиво добавила Эмма, уже вальяжно прогуливаясь по офису и найдя себе место, чтобы прилечь.
— Ваа-у, Мисс Свон, да ваша наглость не знает границ, — издевательски протрещал сухой голос Голда, все с теперь же еще более странной улыбкой. — Позвольте все же представиться, Я — Роберт Голд, и Вы определенно понравитесь моей дочери. Ну или уже нравитесь, — хихикнул под конец хозяин сего этажа.
Эмма же, довольно странно посмотрела на Милу, так как она единственная женщина, находящаяся в этой комнате, после Свон. Мила же, загадочно улыбалась, как и ее предполагаемый отец.
«Оставим это на потом», — произнесла про себя Эмма.
— Давайте сразу к делу. Не так уж и много времени у нас осталось, не так ли, Мила? — Наконец, прогремел командный голос Эммы, хотя, на Милу, уже привыкшую к этому тону, это никак не повлияло, но все же, она исправно решила проверить все данные, оставив их двоих.
— И какое же у вас дело, Эм-ма?
Свон же вздрогнула от этого, настолько знакомого, произношения ее имени по слогам. Надеясь, что это было не столь уж заметно, она села ровно, сложив руки в замок, и из-под ресниц, глазами обведя все помещение, перевела его, наконец, непосредственно на мистера Голда.
— Оружие, — четко и внятно, будто снова найдя себя и вернувшись в армию, проговорила девушка.
— Зачем же оно вам?
— Мне нужно, — упрямо уворачивалась от ответа Эмма.
— Зачем?
— Это срочно! В конце концов, я Вам деньги за оружие вручу, а не за вопросы.
— А я не говорил, что мне нужны ваши деньги, Мисс Свон.
— Ну и что Вам тогда нужно? — Медленно вставая, сказала блондинка, глубоко дыша.
— Наверное, будет логично, если на заданный вопрос ты сама дашь мне ответ, — улыбаясь, ответил Голд, — Так, зачем тебе оружие?
Эмма в ступоре уставилась ему в лицо:
— Просто ответ? Почему ответ именно на этот вопрос?
— Потому что обычно, на него никто верно не отвечает, — пожимая, плечами ответил мужчина.
Повисло тягостное молчание.
Эмма думала:
Соврать или сказать правду?
Чем поможет ей ложь? Ничем, но сделает ответ проще и легче.
Но тогда, чем плоха правда? Почему сказать правду другому так сложно? Это же обычное дело. Просто защитить любимых.
— Просто защитить семью, — прокричала Эмма, и запнулась от собственного голоса, до неузнаваемости расширив глаза.
Роберт же, довольный собой, незаметно кивнул, будто сам себе, хотя, Эмме было и не до него.
Она была в себе, и не очень довольная тем, что ее мысли вырвались наружу без ее желания. Или она все таки-хотела?
— Мисс Свон, — прервал ход ее мыслей Роберт, — Вы свободны. Рад был познакомиться.
Эмма же, полностью потрясенная данным происшествием, молча покинула офис, не совсем понимая еще, что к чему.
Комментарий к Глава 16. Часть 2. Это на самом деле далеко не все, аля, выйдет еще одна глава. Бета сказала мне, не столь разумной леде, что не всем удобно читать туеву хучу букав в одной главе, потому сказала, что 11 страниц это много, и чтобы я писала отдельной главой.
Так и получается, что последняя глава – заключительная.
И по поводу дат – ничего обещать не буду, потому что потом сама буду грустить, что долго не пишу, а времени реально нет. Учеба – сон – работа- сон, и так каждый день.
Прошу любить и жаловать меня – ханжу ФУФУ
====== Глава 16. Часть 3. ======
Сиэтл. Сразу после аварии.
Тот самый странный момент, когда ты думаешь, что все — конец, а в итоге все это обходит тебя стороной и ты просто представляешь эту ужасную картину у себя за спиной: дымящаяся машина, груды металла разлетевшиеся по всей округе, крики людей, которые вполне способны обвинить и сделать из тебя виновницу, или же вставшие на твою сторону — по обыкновенной человеческой солидарности — обвиняя водителя в его слепоте и неаккуратности, туда же приписывая, например, алкогольное опьянение.
Хотя даже ты сам ощущаешь, что виновник именно ты.
Поворачиваться назад и смысле не было. Реджина так и сделала, просто опустила глаза в пол, таким образом прячась от чужих взоров и поспешила домой, с живностью на руках.
Прячась даже от лица сестры, которая, как думала Миллс, смотрела на нее так же укоризненно, как и все в ее голове, Реджина исчезла в дверях своей спальни, закрываясь на замок.
Поглаживая маленького, как оказалось щенка, Реджина наконец таки начала обрабатывать ситуацию.
Еще бы чуть-чуть, и она бы могла повторить участь Эммы, если бы не вышло чего похуже. Она никогда не задумывалась в действительности, что значит быть в таком положении, да, а кому хочется о таком думать?
Понимая теперь, всю серьезность ситуации, она поняла наконец, что не должна думать о том, что Зелена смотрела бы на нее укоризненно, она же сестра. Наверное, испереживалась вся за ее состояние. Только тогда, Дока интересовал один интересный вопрос, почему Зелена до сих пор не ломится в ее комнату с допросами — не сошла ли Реджина с ума.
Что ж, не все же время сидеть и запираться, ожидая, когда к тебе придут, возможно, сестра в полной растерянности и прострации, сама не совсем осознала, что к чему.
Посмотрев на собаку, которая мирно спала на руках, брюнетка положила его на кровать, слегка погладив и умиляясь тому, как он высунул язык во время сна, оставила его досыпать свой сон, зарекшись дать ему имя позже.
Покинув комнату и отправившись на поиски сестры, Реджина довольно-таки быстро остановилась, так как поиски увенчались успехом, ибо сестра стояла прямо перед ее носом, почти вжавшись.
— Почему мой телефон у тебя? — Тупо спросила Миллс, не придумав ничего лучше. Психолог называется.
Запинаясь, Зелена ответила:
— Туттт звонили.
Подняв свои темные глаза на Рыжую, та увидела в ее глазах глубочайшую панику и еще большую растерянность. Но то, чего было видно больше всего — страх. Тот самый, что несколько лет назад, даже если не более того. Необузданный, не имеющий границ, но имеющий полную власть и контроль над сознанием. Тогда то Миллс-младшая все и поняла.
— Мы в дерьме, — констатировала брюнетка на что старшая, как игрушка, кивнула.
Дальше не было никакого разговора, да в нем и не было необходимости. Нужен был успокаивающий чай, а возможно, лучше валить из страны куда подальше. В какую-нибудь богом забытую деревушку, которой нет даже на карте, о которой никто не знает. А такая имелась, но Реджина отмела данную идею до вечера. Когда она сможет, наконец, выудить все ответы от Зелены, но пока, та была просто не в состоянии даже говорить.
Хотя, если уметь, можно сделать это сейчас и не придется ждать ночи — или ехать по ночи — и решать, что же делать со всем этим, о чем сама Реджина еще даже не знает.
Зелена же пошла туда, куда глаза глядять, что в итоге ее привело к дивану, на который она очень тихо села.