— Гм…
— Как насчет у меня дома, в шесть? — уверенно спросил Майк, не дожидаясь ее ответа. — Ты же все еще сохранила мой адрес?
— Ага.
— Хорошо, — ответил Майк, будто лелейным тоном, затем дотронулся пальцами до ее подбородка. — Если ты заплутаешь, то позвони мне, ладно? — Она кивнула, он наклонился и коснулся губами ее губ.
Кэл прижался к стальной дверце, пытаясь утихомирить жар, который воспламенился у него в груди.
Когда Майк поднял голову, глаза Вай переместились на Кэла, она сжала губы, потом посмотрела на Майка.
— Эм... Майк…
— В шесть.
— Уу…
Он опустил руку, прервав:
— Увидимся, — повернулся, кивнул Кэлу, Кэл кивнул ему в ответ, и Майк пошел к своему внедорожнику.
Вай смотрела на Кэла.
Кэл стал проверять пульты, отчего гаражная дверь стала подниматься.
Затем он услышал ее крик:
— Майк!
Кэл оглянулся на Вай, потом на Майка, который был уже у задней двери своей машины.
— Что? — прокричал в ответ Майк.
— Хочешь я что-нибудь принесу из еды? — Спросила Вай, и жжение в груди Кэла стало еще сильнее, когда Майк улыбнулся ей в ответ.
— Принеси только себя, милая.
— Ладно, увидимся.
— Ага.
Майк сел в свой внедорожник и уехал.
Вай смотрела ему в след.
Кэл закрыл гаражную дверь.
Потом Кэл произнес, обращаясь к ней:
— Соседка, вот твои пульты.
Она посмотрела на него снизу-вверх и открыто спросила:
— Тебе ведь все равно, не так ли?
Ох, ему, бл*дь, совсем было не все равно, ему, мать твою, далеко было не все равно.
— У нас другой уговор, — напомнил он ей.
Она уставилась на него, и он заметил в глубине ее глаз, заметил... Разочарование, даже боль, и он почти готов был поднять руку и коснуться ее лица, но у него не было времени, потому что она сделала шаг назад, прошептав:
— Ты прав.
Он был в ее глазах мудаком, Господи, он был таким мудаком, ему точно следовало отпустить ее.
Но хоть убей, он не мог ее отпустить. Не мог.
Она стала разворачиваться, чтобы уйти от него, но он окликнул ее:
— Вай, — она подняла на него глаза, и он протянул ей пульты, — двери гаража работают, один — для тебя, один — для Кейт.
Она уставилась на пульты в его протянутой ладони, будто не знала, что это такое, но что бы это ни было, оно пугало ее до чертиков.
Затем она взяла пульты, и ровным голосом прошептала:
— Спасибо.
— Соседка…
— Увидимся, — быстро ответила она.
— Вай.
Она уходила от него, холодная, спокойная, ее бедра двигались, задница покачивалась, он смотрел ей вслед до тех пор, пока она не исчезла за боковой своей дверью в дом.
Затем он взглянул на дверь ее гаража.
А потом направился к себе домой.
* * *
Кэл сидел на своей террасе, уже наступили сумерки, положив ноги на перила, согнув колени, и смотрел на свой передний двор, фактически не видя его, держа второе пиво в руке.
Мустанга Вай не было, она поехала к Майку.
Он сделал глоток пива, затем повернул голову, услышав шаги, он ждал его и наконец увидев Кольта, который шел к нему.
— Привет, — произнес Колт.
— Йо, — ответил Кэл.
— Не возражаешь против компании? — Спросил Колт, поднимаясь по ступенькам.
Кэл не возражал. Хотя ему не нужна была компания. Он также не хотел заводить разговор о том, о чем собирался с ним поговорить Колт. Но он не хотел оставаться наедине со своими мыслями — мыслями о Вай и Майке, мыслями о губах Майка на Вай, его руках на Вай, которые доводили просто Кэла до безумия.
— Нет, — ответил он Колту. — Пиво в холодильнике, — предложил он, — и захвати мне.
— Хорошо, — пробормотал Колт, открывая его входную дверь и заходя внутрь.
Кэл посмотрел на свой двор, потом на двор Вай.
Единственное, что он проделал со своим двором — это заплатил, чтобы скосили траву этим летом, и это было все, что он сделал со своим двором впереди и позади дома. Его лужайка перед домом и позади была зеленой, потому что это была Индиана и регулярно ночью шли дожди, а также иногда случались дневные грозы, но его двор был далеко не таким прекрасным, как у Вай.
Вай не могла платить за стрижку газона. Но по канаве для стока воды, отделявшей их владения друг от друга, можно было отчетливо увидеть, где заканчивается ее лужайка и начинается его. Ее газон был зеленее, без сорняков, очень густым и сочным. У нее на веранде стояла причудливая садовая мебель с зонтиком, а не белые пластиковые стулья, как у него. И по всей веранды у нее были маленькие и большие горшки с цветами, яркими и живыми.
Уильямсы, которые прожили в этом доме много лет до нее, сколько лет, сколько Кэл себя помнил, гордились своим домом и лужайкой. Они заботились о своем дворике, лужайке, сделали пристройку к задней части дома, построили террасу, обновили ванную и кухню, установили сигнализацию. Когда старый Дек Уильямс умер, его жена Марта переехала в Блумингтон, чтобы быть поближе к своим детям и внукам, продав дом, в котором она прожила пятьдесят лет, и в него въехала Вай.