Выбрать главу

Я с открытым ртом наблюдала за ней, как она шла. Я знала, что наблюдала за ней с открытым ртом, но не могла найти в себе силы закрыть его.

Майк присел на ее барный стул и наклонился ко мне, поэтому я перевела на него взгляд.

— Расслабься, Вайолет, — он положил руку мне на колено, сжал его и тут же убрал. — Я за флирт, если ты согласна, но мы можем просто поболтать.

— Я понятия не имею, как флиртовать, — выпалила я. — Я вышла замуж за своего парня еще со школы.

Он ухмыльнулся, и я заметила, что у него приятная улыбка, даже более чем приятная, дьявольски приятная, а потом он спросил:

— Хочешь научу?

Я посмеялась над тем, что лейтенант Майк Хэйнс, имеющий сына и дочь, и совместную опеку, решил научить меня флиртовать в салуне «Джей энд Джей», поэтому произнесла:

— Конечно, давай, как ты флиртуешь?

— Ты хочешь изучить жесткие основные методы или тонкий флирт? — спросил он.

Я взяла свой бокал и положила соломинку на губу, глядя на него, решив набраться смелости.

— Основные.

Потом я кончиком языка нащупала соломинку, отхлебнула немного и заметила, как его глаза внимательно следили за моим ртом, пока я проделывала все эти манипуляции.

Потом его глаза поднялись к моим, и он пробормотал:

— Ты обманщица.

Я отодвинулась от соломинки, удивившись.

— Что?

— Пить через соломинку — это уловка, — Он наклонил голову к моему бокалу, — продвинутый флирт. — Я посмотрела на свой бокал, затем на него, он одобрительно закончил: — Язык, отличная попытка.

Я вдруг почувствовала себя странно и снова поднесла соломинку к губам, бормоча:

— Гм..., — пытаясь скрыть тот факт, не зная, что сказать, сделав еще один глоток.

Майк продолжил:

— Следующее, что ты сделаешь, это завяжешь в узел стебель вишни языком.

Я поперхнулась клюквенным соком с водкой.

Майк похлопал меня по спине, учитывая, что я скрючилась пополам на барном стуле, пытаясь сделать глубокий вдох, но все еще задыхаясь.

— Эй, ты в порядке?

Я выпрямилась, поставила бокал на стойку и похлопала себя по груди.

— Просто... попало не в то горло, — выдохнула я.

— Сделай еще глоток, это должно помочь, — посоветовал Майк, я последовала его совету, он был прав.

Я поставила бокал обратно на стойку, посмотрела на него и нерешительно спросила:

— Ээээ... по поводу флирта.

— Давай.

— Ты не будешь возражать, если я поинтересуюсь твоим возрастом?

— Нет, — улыбнулся он.

Я улыбнулась в ответ, поскольку он молчал, я спросила:

— Сколько тебе лет?

— Сорок.

— Хорошо, мне тридцать пять.

Он все еще улыбался, подсказав:

— И?

Я продолжила:

— И ты хочешь сказать, что в нашем возрасте флирт с завязыванием вишневого стебля языком все еще имеет силу?

— Милая, когда мне будет сто два года, он все равно будет иметь силу, как «Виагра».

Черт!

— Почему ты решила по-другому? — спросил он, внимательно наблюдая за мной.

— Мне казалось, что вы, парни, справились с этим, скажем, в девятнадцать, может в двадцать лет.

— Нет.

Я не могла в это поверить. Я флиртовала с Джо, когда мы были вместе в «Джей&Джей». Неудивительно, что он решил отвезти меня домой и трахнуть.

— Вайолет, что с тобой?

— Нормально, — сказала я Майку. — Не так давно один парень сказал мне, что заплатит пятьдесят баксов за то, чтобы я завязала стебель вишни языком. Я думала, он шутит.

Майк усмехнулся, ответив:

— Прости, дорогая, но это не так.

— Черт, — прошептала я.

— Ты завязала?

— Да, — ответила я. — На него это не произвело никакого впечатления.

— О, он был впечатлен, уверяю тебя, — заверил меня Майк.

Я догадалась, что Джо был впечатлен, потому что он вытащил меня из бара меньше, чем за пять минут после моего эксперимента, отвез домой и трахнул.

Боже, я была такой идиоткой.

— Ты получила свои пятьдесят баксов?

— Что-то вроде того... но на следующий день мы немного поссорились, и я бросила их ему в лицо.

Майк расхохотался.

— Что? — Спросила я, когда мне показалось, что он услышит мой вопрос сквозь свой смех.

Он наклонился вперед.

— На следующий день?! — И качнул головой, и я только тогда поняла, что сказала, он мог решить, что я отдалась парню, по сути так и было, но я не успела исправить свой промах, потому что он прошептал: — Дорогая.