На гранитной плите, чистой, как стол и не поросшей мхом, были видны два мокрых отпечатка босых ног.
У него колени подкосились.
«Этого быть не может, но вот ведь, она существует».
Вода ушла сквозь камни, и вместо реки открылась дорога. Она вела вниз, к долине, и он пошел.
Когда он вернулся домой, жена сообщила ему, что у них будет дочь.
Дочь и была той, что было ему дороже всего. И она была обещана Фате Моргане, повелительнице облаков.
Электронных тоже.
Когда Светлана была девочкой, она панически боялась, что Фата Моргана заберет ее в облако.
Поэтому, сделав уроки, при этом, не отвлекаясь на кролика Петю, она требовала у папы, чтобы тот поклялся, что раньше восемнадцати лет этого не случится.
Ведь ей так хотелось поторчать в интернете.
Теперь она была взрослая, разумная девушка, но некоторую предосторожность соблюдала.
...
Защебетал домофон.
- Да, - сказала Светлана, ожидая услышать голос уборщицы подъездов или почтальона.
- Вам цветы, доставка.
«Странно! Кто бы это мог быть?»
Недоумевая, она открыла входную дверь. Ей уже сто лет никто не дарил цветы, потому что тюльпаны на восьмое марта, которыми они обменивались с подругами, были не цветы, а вежливые открытки.
Появился парень-рассыльный с очень озабоченным лицом делового человека и держащий приятный и не наглый букет белых хризантем, спросил ее фамилию и вручил цветы.
- А кто прислал? - спросила Светлана.
- Попросили передать, чтобы вы вышли на лоджию, - ответил рассыльный и уехал на лифте к
срочным делам.
С букетом в руках она вышла на лоджию и открыла мягко чмокнувшее окно в мир звуков.
Ей было ужасно любопытно: кто же?
Внизу стоял Сергей (она не помнила отчество) Косточкин, тот симпатичный нарушитель и, вероятнее всего, бабник, - о! Это она помнила! - широко улыбался ей и держал над головой растянутую бумажку-плакатик с номером.
«Зачем он? Почему? Это ведь не может быть знаком внимания, тогда, что это? Как странно!»
Она набрала номер.
- Здравствуйте, в честь чего цветы?
- Это в знак признательности. Я вам очень благодарен, вы не дали мне пойти по скользкому пути, вовремя остановили, и теперь я совершенно другой человек.
Я, благодаря вам, остепенился. Я мечтаю стать гражданином с большой буквы.
- Я очень за вас рада. Спасибо за букет, - Светлане стало смешно и весело.
«Он врет, сочиняет про «остепенился». Интересно, зачем?»
- Я приглашаю вас сегодня вечером в театр, - продолжал Косточкин, - это то немногое, что я могу вам предложить. Моей спасительнице и учительнице.
«Чего это ради? Зачем мне идти с тобой в театр?»
- Мы с вами не знакомы.
- Вот те раз! - искренне удивился Косточкин, - знаем друг друга по именам - и не знакомы? Что же нужно для знакомства? Станцевать босиком «лезгинку» у костра?
- Все равно, как-то неожиданно.
«Неужели я решусь и соглашусь? Взять, да и пойти, а что?»
- Мне и самому неожиданно, - продолжал Косточкин, - вот если бы мы с вами были влюблены друг в друга, тогда это бы неожиданностью не было.
Серьезно, мне очень хочется сделать вам что-нибудь приятное. Давайте, сходим. Заодно и познакомимся.
- Не знаю, - сказала Светлана, вдыхая нежный аромат цветов.
- Я заеду за вами в половину седьмого, и я буду печален, скромен и деликатен.
- Зачем же печален, если в театр?
И Светлана отошла от окна.
Она вернулась на кухню к тортику, но тортик теперь был не актуален.
Ее пригласил в театр мужчина.
Так странно! Он был симпатичным и наверняка мог делать выбор.
Значит, она ему нравилась? Нет, он не знает о том, что у нее есть ребенок, а это его оттолкнет.
Он просто пригласил. Как джентльмен.
Но она? Что, например, она наденет? Надо что-нибудь спокойное и не вечернее. Простое.
А вдруг она ему понравилась? Ужасно!
Вдруг это начало каких-то отношений? Каких? Надо позвонить Катерине и послушать, что она скажет по поводу всего этого.
Светлана искоса посмотрела в большое зеркало, в котором отражалась красивая девушка, созданная для любви, высунула с милой гримасой язык и сказала: «Дура».
Она была в легком смятении, так и оставим ее пока что. Пусть придет в себя.
Катерина, которой намеревались позвонить, была грамотным экспертом жизненных ситуаций. Окончив с красным дипломом химико-технологический, она и трудилась технологом на крохотном заводике, выпускающем пластмассовые тазики. Работа ее заключалась в том, что нужно было целый день бегать по цеху и искать двух «гусей» - Петра Ивановича и Ивана Петровича. Те были и правда, как гуси - важные, ходили с утра покачиваясь и говорить начинали оба вдруг разом и непонятно о чем.
- Петр Иванович! Проверьте уровень масла!