– Что изменилось? – не сдавалась Нина.
Константин заколебался.
– Нина Евгеньевна, я не хотел бы быть грубым. Вам как дочери может быть неприятно…
– Говорите! – потребовала Нина.
– Хорошо, – согласился Константин. – Во-первых, Евгений Борисович болен и неизвестно, когда он смог бы вернуться к работе…
– Он быстро поправляется, – начала было убеждать Нина, но Константин остановил ее жестом:
– Дело не только в этом. Видите ли… Нам известно, что в последнее время у компании возникли определенные трудности. Для Евгения Борисовича это было своего рода испытанием. К сожалению, он не выдержал этого испытания, решал проблемы не лучшим образом. От своего директора мы ожидаем более эффективного управления.
Нине стоило большого труда не выказать своего смятения. Она исходила из того, что отец останется директором компании, и слова Константина выбили у нее почву из-под ног.
В голове у нее мелькали самые разные мысли. Что она могла возразить Константину? Конечно, можно было начать ругаться, обвинять его, доказывать, что все это его рук дело. Но было ясно, что своего решения он не изменит. И в глубине души, несмотря на все свое возмущение, Нина была вынуждена с ним согласиться: ее замечательный отец, ее любимый папа не был создан для того, чтобы возглавлять бизнес.
– Да, и чтобы уж поставить все точки над «и», – добавил Константин, – цена тоже изменилась. Нам известно, что компания не смогла сдать свой самый крупный проект и потеряла несколько других. Это сильно снижает привлекательность бизнеса для покупателя. Вот сколько мы можем предложить сейчас.
Он взял листок бумаги, написал на нем сумму, показал Нине. У нее внутри все сжалось: цифра была втрое меньше той, что предлагалась в первый раз.
Нина была не в состоянии продолжать этот разговор. Стараясь держаться спокойно, она взяла папку с проектом договора и проговорила, поднимаясь:
– Нам с Евгением Борисовичем нужно все обдумать.
Константин и его бухгалтер дружно встали. Константин протянул ей руку:
– Рад был с вами встретиться, Нина Евгеньевна. Надеюсь, мы придем к согласию.
Он был приличный человек, но должен был делать свое дело.
Нина пожала его руку и ушла, не чуя под собой ног.
Ни с отцом, ни с Лидией Григорьевной советоваться Нина не могла и не хотела. Она позвонила Игнатию Савельевичу, попросила порекомендовать хорошего юриста. Тот назвал ей одного, которого знал по прежним временам.
– Ниночка, хочу вам кое-что сказать на прощанье, – добавил Игнатий Савельевич. – Бизнес, деньги – все это в конечном итоге пустое. Единственное, что имеет значение в жизни, – это любимые, близкие люди. Берегите тех, кого любите вы, и тех, кто любит вас…
Нину обеспокоил его тон.
– Что-то вы мрачно настроены, Игнатий Савельевич. Если разрешите, я к вам скоро заеду – погуляем, поболтаем.
– Да-да, конечно, буду рад, – отозвался Игнатий Савельевич.
Нина искренне собиралась проявить заботу об одиноком старике, но это намерение осталось неисполненным – как остаются неисполненными большинство хороших, искренних намерений.
Так совпало, что в эти дни она сдала у себя в банке квартальный отчет и смогла выпросить короткий отпуск. Это время ей было нужно позарез.
Юрист очень помог. Его услуги, которые Нина оплатила из собственных сбережений, оказались недешевыми, но дело того стоило. У человека был огромный опыт, он сразу видел юридические последствия каждой запятой в договоре. Вместе с Ниной они изменили много формулировок, выработали целый список поправок, которые создавали гарантии для сохранения профиля компании вместе с ее основным кадровым составом и улучшали условия сделки.
– Но если вы хотите получить существенно больше, требуются финансовые и технические обоснования, – объяснил юрист.
Это Нина и сама понимала. На правах хозяйки компании, она распорядилась, чтобы Николай Николаевич оставил все дела на подчиненных, и целую неделю просидела с ним в конторе, приезжая туда каждый день с утра, как на работу.
Сидя вдвоем в отцовском кабинете, они перебрали, одну за другой, все статьи активов и все доходные статьи, в каждом случае выискивая аргументы за то, чтобы оценить их повыше. Когда Николай Николаевич вечером уходил домой, Нина еще до полуночи корпела над бумагами. Ей было не привыкать упорно работать, но в эту неделю она выложилась как никогда. Она понимала, что нужно спешить – с каждым днем положение ухудшалось.
Для совершения сделки по продаже компании были составлены подробные финансовые отчеты и обоснование цены. У Нины цена получилась гораздо выше той, что Константин назвал при их последнем свидании, хотя и ниже первоначальной.