Самсонов перестал улыбаться, стал сосредоточен. Он уже понял, что дело не так просто, как кажется. Теперь он бил по мячу не лишь бы как, а старательно, правда пользы от этих стараний не было почти никакой.
Открылась дверь в ограждении, появился менеджер клуба. Его лицо и вся его полусогнутая фигура выражали почтительность и счастье от того, что его клуб посетили такие люди. Очевидно, он успел навести справки и знал, кто был у него на первом корте.
– Господин Самсонов, простите за беспокойство, не желаете ли – я пришлю мальчика подбирать мячи?
– Не надо, – отозвался Самсонов, в очередной раз замахиваясь ракеткой.
– Напитки, массажист – все, что угодно, только скажите, – продолжал стелиться менеджер.
Самсонов рубанул по мячу, и опять мяч улетел черт-те куда.
– Закройте дверь! – гаркнул Самсонов.
Менеджер ретировался.
«Чего разорался, хам? – мысленно осадила его Нина. – Человек не виноват, что ты играть не умеешь».
Она видела, что Самсонов на взводе, и гадала, чем это кончится. Вариантов было два – либо Самсонов в бешенстве бросит ракетку и уйдет, либо смирит свое самолюбие и попросит ее помочь ему.
Однако не происходило ни того, ни другого. Самсонов продолжал свою борьбу с ракеткой и мячом, изо всех сил стараясь перебросить мяч через сетку, при этом так, чтобы не угодить в потолок или в дальнюю стену. Постепенно у него что-то стало налаживаться. Он по-прежнему все делал неправильно, но на глазах вырабатывал какую-то собственную уродливую технику, которая позволяла ему хотя бы один из трех мячей направлять куда надо. Когда ему это удавалось, он всякий раз откровенно радовался.
Легко отражая его редкие удары, Нина с интересом наблюдала за ним. Сама она не помнила, как научилась играть. У нее был тренер, она была девочкой, ей все давалось легко. А здесь, у нее на глазах, взрослый мужчина взялся за то, чего совершенно не умел делать и к чему был плохо приспособлен по своим физическим данным. Тем не менее, вопреки ее ожиданиям, он не бросал ракетку, а, не боясь позора, продолжал начатое.
Так длилось около часа. Постепенно в душе у Нины злорадство сменилось даже некоторым уважением. Самсонов совершал нелепые пируэты, но по существу ничего смешного или недостойного он не делал – наоборот, он демонстрировал завидное упорство и настойчивость. Очевидно, с таким же упорством он решал и свои проблемы в бизнесе.
Пора было помочь ему советом, но Нина молчала – не хотела облегчать ему жизнь. Кроме того, сунувшись с непрошенными советами, можно было нарваться на такой же грубый отпор, какой схлопотал ни в чем не повинный менеджер.
Но, видимо, от руководителя банка требовалась не только настойчивость. Столь же необходима была способность не идти на поводу у своего упрямства, а трезво оценить ситуацию и вовремя сменить курс, если разум подсказывал, что это необходимо сделать.
Перекинув удачно очередной мяч, Самсонов вдруг опустил ракетку.
– Хватит. Я понял, что этому действительно нужно учиться. Возьму тренера.
Нина согласно кивнула. Она была готова вернуться к своему партнеру Алику. Однако Самсонов не был готов ее отпустить.
Он подошел к Нине. На его мокром лице было озадаченное выражение.
– Черт побери, объясните все-таки, как это у вас получается! Но вид все так просто, а поди ж ты… Я весь в мыле, а вы вон даже не вспотели.
Усмехнувшись про себя очередной бестактности начальника, Нина сказала:
– Павел Михайлович, здесь действительно нужно кое-что освоить. Если хотите, я вам покажу, как смогу, только сначала передохните.
Самсонов сказал:
– Пожалуй.
Он жестом пригласил Нину присесть на лавочку.
– Пить не хотите? – спросил он. – Где этот дурак с напитками?
Он открыл дверь, кликнул менеджера. Тот, видимо, крутился поблизости, потому что уже через минуту им принесли лимонад.
Нина сидела на лавочке рядом с Самсоновым. Мужчина действительно был разгорячен. В светлой растительности, которая покрывала его руки и ноги, блестели капельки пота.
Он налил лимонада Нине и себе. Нина сделала глоток, отставила стакан.
– Вообще-то не рекомендуется во время тренировки…
– Да, я знаю, – сказал Самсонов, но тем не менее в два глотка прикончил свой стакан и налил второй.
Самсонов одобрительно посмотрел на Нину, скользнул глазами по ее юбочке и спортивным ногам.
– А вы ничего. Хорошо играете, и вообще…
Что значило это «вообще», он не уточнил.
– Давно занимаетесь теннисом? – спросил Самсонов.
Нина ответила.
– Вы столичная девушка? А я вот из парень из Красноярска, – сказал Самсонов. – Расскажите о себе, а то я про вас ничего не знаю.