Баллард перешел к другой ее груди, целуя все уменьшающийся круг вокруг выпуклости, пока не поймал ее сосок и нежно потрогал его зубами. Стоны Луваен превратились в рычание, и она сжала его бедра своими, ритм раскачивания, который она установила, набирал скорость.
Он погладил ее по бокам, спускаясь ниже, пока его руки не скользнули по ее бедрам. Он отстранился, оставив ее тяжело дышать с широко раскрытыми глазами.
— Скажи мне, моя прекрасная Луваен, — произнес он голосом, который стал хриплым от нескольких дней мучительных криков. — У меня больше нет времени, и скоро не останется памяти. Скажи.
Она замерла в его объятиях, за исключением своих рук. Они соскользнули с его плеч, поднялись по шее и вернулись на лицо. Ее пристальный взгляд, теперь скорее черный, чем серый, впился в него.
— Я люблю тебя, — тихо сказала она. Они оба напряглись, но треск не раздался, доски пола не вздыбились, и никакие шипастые розы не ворвались в окно, чтобы напасть на них.
Баллард приподнял Луваен достаточно, чтобы сесть прямее.
— Еще раз, — сказал он и медленно опустил ее к себе на колени.
— Я люблю тебя, — ее руки вернулись к его плечам, удерживая ее вес, когда кончик его члена скользнул между ее бедер.
— Еще, — повторил он. Она опустилась на него, и он застонал от удовольствия, скользнув в нее, не обращая внимания на боль.
— Я люблю тебя. Люблю тебя. Люблю тебя, — повторяла она на коротких вдохах, ритм ее заявления совпадал с движением ее бедер, пока она объезжала его в воде.
Он следовал туда, куда она вела, направляемый хваткой ее рук и бедер, сжатием внутренних мышц и ее требовательными поцелуями. Его руки ласкали ее влажную кожу, крепко удерживая, пока он входил в нее. Пар и пот смешались, стекая по его шее и пропитывая волосы на висках.
Она нашла свое освобождение первой, впившись ногтями в его руки, прежде чем упасть вперед и укусить его там, где шея соприкасалась с плечом. Крошечная вспышка боли, так отличающаяся от удара проклятия, отправила его за грань. Баллард выкрикнул ее имя, когда его бедра дернулись вверх, достаточно сильно, чтобы наполовину поднять их обоих из воды.
Луваен покоилась в его объятиях, обмякшая и на мгновение послушная. Баллард старался отдышаться и избавиться от ошеломляющего оцепенения, вызванного его кульминацией и горячей водой. Он погладил ее по плечам и поиграл с ее заплетенными косами.
— Мы замочили пол, — прошептала она ему в шею. — Магда убьет нас.
Он расплел одну из ее косичек, чтобы накрутить ее на палец:
— Я позволю тебе спрятать топор.
Луваен хихикнула и быстро поцеловала его в кончик носа. Она вывернулась из его объятий, и он застонал от разочарования, когда выскользнул с ее тела.
— Мы не можем оставаться здесь весь день, Баллард.
— Почему нет? — Баллард подумал, что это прекрасная идея, ведь свадьба была назначена на более позднее время. У них было еще пару часов и много горячих камней, чтобы вода оставалась теплой.
Луваен встала, давая ему еще один шанс поглазеть на нее. Она грациозно вышла из ванны, чтобы взять одну из сушильных салфеток, сложенных на соседнем столе. Баллард расслабился в воде, наблюдая, как она вытирается и надевает сорочку.
— Как хозяин замка, ты можешь бездельничать весь день. Мне нужно помочь моей сестре подготовиться к ее свадьбе, — она сделала ему знак. — Встань. Я вымою тебе голову. Ты же можешь позаботиться об остальном.
— Высокомерная нахалка, — пробормотал он, поднимаясь на ноги. — Может быть, мне следует перекинуть тебя через плечо, отнести в постель и сделать с тобой все по-своему.
— Ты не бросишь меня на эти простыни, похотливый тупица, — предупредила она, прежде чем вылить ведро теплой воды ему на голову. — Не раньше, чем они увидят грелку.
Он послушно стоял, доверившись ее заботе, поморщившись только один раз, когда при тщательном мытье его волос ей все же удалось вырвать несколько тонких лоз. Он вымыл свое тело, пока она заканчивала одеваться, и использовал все сушильные тряпки, кроме одной, чтобы вытереть лужи с пола. Он надеялся, что у Магды сегодня хорошее настроение, чтобы простить им маленькую шалость.
Он прогнал Луваен, когда пришло время ему надевать одежду.
— Присмотри за своей сестрой, — сказал он. — Это день ее свадьбы, ты ей нужна, — он галантно поклонился. — Я навещу своего сына.
Луваен взяла его лицо в ладони и поцеловала. Баллард подумал, что тогда она оставит его, но она остановилась с мрачным выражением лица: