Сожалеть.
Я поняла, что Отем Синклер была всем тем, чем не был Джимми О'Дэй.
Она была умной, амбициозной, безжалостной и целеустремлённой. Том О’Дэй ценил эти качества в полной мере, потому что сам обладал ими в избытке.
Качества, которых просто не было у его единственного ребенка.
Джимми О'Дэй когда-то, возможно, был славным ребенком, вероятно, ровно до того момента, когда он понял, что никогда не станет тем человеком, которого его отец хотел видеть своим преемником.
Я подумал, не тогда ли в нём зародилась злоба. Часть Джимми О’Дэя, должно быть, понимала: чтобы завоевать уважение отца, ему нужно выбраться из-под его гнета и идти своим путём. А другая часть знала, что он не сможет…
Он пробивался сквозь этот большой мир. Поэтому он сохранял свою синекуру и регулярно получал напоминания о собственной несостоятельности и трусости.
Из-за таких ежедневных унижений негодование может перерасти в чудовище.
Может быть, это уже было...
Я вспомнил, что подслушал в казино по открытой связи Шона. Помимо убийства телохранителя, Рика Хобсона, были и те, кого забрали из остальных — Отем Синклер и Джимми О’Дэй.
Из всех гостей, заложников, именно эти люди были наиболее тесно связаны с Томом О’Дэем. Они были тесно связаны с его жизнью и жизнью его жены.
«Нам нужно найти Джимми и Отем», — сказал я и взглянул на Салливана.
«Куда их увезли?»
«Не знаю», — угрюмо ответил он. Затем, когда Том О’Дэй шагнул к нему, он добавил с ещё большим жаром: «Не знаю!»
«Ну, дайте волю воображению», — холодно сказал я. «Если не для того, чтобы представить, где ваши коллеги могли их спрятать, то хотя бы для того, чтобы представить, что мы с вами сделаем, если вы не придумаете что-нибудь убедительное».
«Я не...» — снова начал он, почти крича.
«Мясохранилище», — спокойно сказал Том О’Дэй, прерывая Салливана на середине возражений. «Хорошо изолировано, большой замок снаружи двери — надёжно, как в любой тюрьме».
По выражению изуродованного лица мужчины я не мог понять, разочаровала ли его догадка тем, что она оказалась верной, или тем, что он не сам ее придумал.
«Мисс Фрэнсис» устраивают столько званых ужинов, что на борту можно было бы разместить хорошо оборудованный камбуз», — сказал О’Дэй. «В таком климате нужен полноценный мясной холодильник, иначе половина клиентов отравится».
«Ты знаешь, где это?»
Он помедлил мгновение, затем кивнул. «Я осмотрел корабль, когда мы выбрали его для этого…» Его голос затих, словно он не был уверен, как описать то, что задумывалось как праздник обновления, а вместо этого превратилось в оргию разрушения.
«Хорошо, можешь идти впереди», — сказал я. Я взял фонарик, взвесил его в руке и помолчал. «Что нам с ним делать?»
Салливан выпучил глаза. «Подождите, пожалуйста…»
«Ну, мы, чёрт возьми, заткнём ему рот, конечно», — сказал Том О’Дэй. Его взгляд блуждал по узкой каюте. «Хотя неизвестно, сколько шума он ещё может издать».
К моему удивлению, вперёд вышел Блейк Дайер. «Думаю, я могу помочь», — сказал он. Он вытащил ручку из внутреннего кармана куртки, нашёл листок пыльной бумаги и аккуратно написал на нём заглавными буквами: « МИСТЕР САЛЛИВАН РАССКАЗАЛ НАМ ВСЁ».
Том О'Дэй непонимающе посмотрел на газету, нахмурившись, и его кустистые брови сошлись в одну пушистую линию.
Я приклеил бумагу к груди Салливана таким количеством клейкой ленты, чтобы он не мог ее легко оторвать, а затем использовал другую полоску, чтобы зажать ему губы.
Глаза его над самодельным кляпом были дикими.
«Ты же понимаешь, правда?» — пробормотал я. «Если твои приятели придут сюда и увидят эту записку, думаешь, они потрудятся развязать тебя, чтобы получить свою часть?
Или ты думаешь, они просто выбросят тебя вместе со стулом прямиком в реку?
OceanofPDF.com
Сорок восемь
Камбуз на борту «Мисс Фрэнсис» находился в трюме, рядом с казино, где содержалось большинство заложников.
Конечно. Так и было бы.
Том О’Дэй повёл нас по верхней палубе от каюты, где мы оставили Салливана, всё ещё привязанного к стулу. Я надеялся, что эта записка на его груди отвлечёт его от попыток привлечь чьё-либо внимание. Это было чертовски изящное и простое приспособление. Жаль, что я сам не додумался до этого.
Я подождал, пока мы не окажемся вне зоны слышимости Салливана, а затем вкратце рассказал Шону о событиях по связи. Команда Салливана ещё могла найти и освободить его. Не было смысла сообщать им, что у нас внутри есть человек. Шон ответил коротким двойным щелчком, но больше ничего не сказал.