Эйк перешел на шипение, от чего стал довольно смешным, – идеальные блестящие волосы растрепались и свисали сосульками, в покрасневшем от потасовки ухе блестел бриллиантовый крестик. Зрители начали расходиться, настоящей драки не случилось.
– Слушай… спасибо тебе. – Гас не знал, что надо говорить в такие моменты.
Новенький повернулся, посмотрел на Гаса внимательно и одновременно как-то отстраненно, потом протянул худую руку с длинными пальцами.
– Рон, я Рон. А ты?
– Гас.
Гас пожал руку спасителя, при этом обратил внимание на небольшую, но яркую татуировку с изображением то ли листка ясеня, то ли лодки. Татуировки нравились Гасу, но сделать себе такую он боялся, – причем не из-за боли или еще чего-то такого. Боли Гас вообще не боялся, она была его постоянным спутником. Но вот отец не понял бы. А объяснять ему – водителю-дальнобойщику, что татуировка красива сама по себе, и на мужском теле особенно… Девчонкам нравятся такие. Но даже если бы Гасу удалось каким-то чудом набить себе тату, выглядел бы он странно, – вряд ли хоть кто-то повелся бы на это. И уж тем более не повелась бы Мадина.
Гас закрыл глаза – на секунду перед его внутренним взором появилась девушка, ее улыбка могла воскресить мертвого, не только слегка избитого. Но улыбалась Гасу она только в его воображении. Реальность была куда печальнее.
– Слушай, твоя рука… – Гас взглядом показал на татуировку, все еще не разжимая пожатия. – Больно было?
– А, это? Нет, так, пустяки, – Рон поспешно, как показалось Гасу, опустил рукав худи, татуировка пропала. – Набил когда был в начальной школе еще. Ты в порядке?
Гас похлопал себя по карманам, зачем-то отряхнул джинсы, почесался.
– Вроде того. Они не успели меня избить. Обычно бывает хуже.
Рон опять посмотрел на Гаса внимательно и как будто слегка мимо.
– Не парься, ты молодцом. Они отстанут, увидишь. А ты вырастешь и забудешь.
Гас рассмеялся.
– Да ты что! Пережить школу в Вентуре – я бы не был так уверен, что успею вырасти. Тут выживают, Рон, ты еще просто не знаешь местных порядков. Вырастают не все.
– Может, оно и к лучшему, – Рон развернулся на пятках и пошел прочь по коридору. Гас двинулся за ним.
– А серьезно ты Эйкена… нет, правда, ты не боялся?
– Ну… – Рон улыбнулся краем губ, – если только совсем чуть-чуть. Боялся, что он блеванет и испачкает мои кроссовки, а они еще ничего так. – Они за что тебя так?
Гас пожал плечами.
– Им по приколу, они считают меня геем. Ну, – Гас потянул немного, – понимаешь, в каждой школе должен быть гей для битья. Даже если он не гей. Я одеваюсь в секонд-хенде, я невысокий, выгляжу не совсем так, как принято у пацанов, к тому же я местный задрот, – Гас засмеялся, его смех был искренним и очень приятным. – Знакомьтесь, задрот всея Вентуры.
– И почему с вами, задротами, столько проблем всегда? – Рон улыбнулся.
Неужели что-то изменится? Гас сам себе не верил и до сих пор сомневался, в реальности ли Эйкена поколотили на глазах у всей школы.
И да, кто же он такой, этот Рон?
Дина
Вентура – небольшой городок на юго-востоке страны, в Луизиане. Вы никогда не будете искать его на карте специально, в нем нет ничего примечательного. Кроме, пожалуй, того, что тут постоянно жарко и полно древних дубов. Ну и мха. Мох создает удобную тень, в которой хорошо даже в самые безумно горячие дни. Дубам лет по триста, – это самые старые жители земли, ну, одни из самых старых. Еще в наших местах происходили события легендарного сериала «Настоящая кровь» – никто точно не знает, есть ли тут вампиры, но и четкой уверенности, что их нет, тоже – нет. Всякое может быть. Особенно, когда идешь под трехсотлетними дубами в дождь.
Население Вентуры удивляет количеством молодежи: столько школьников и студентов вы вряд ли встретите в другом городке на юге. А все дело в том, что местный колледж и университет – что-то вроде Оксфорда для тех, кто настоящий Оксфорд по разным причинам позволить себе не смог. Гораздо меньше пафосного пиара, но репутация говорит сама за себя.
Дине оставался год до выпуска. С утра, только проснувшись, проверила статистику посещений: сегодня не густо. Всего полторы сотни лайков. Смотрят сториз, но лайки не ставят, жалко, что ли?
Так и написала: эй, вам что, жалко? Посмотрел сторьку – лайкни пост. Или опять пойду почищу вас.
Пригрозила, адреналин побежал ракетой по позвоночнику, приятно расплескался где-то в районе груди.
Мадина прислушалась к ощущениям. Почувствовала свое тело. Она вообще все больше старалась на осознанность: тренд времени, что поделать. Мое тело – мое дело, любить себя такой, какая ты есть (но при этом не забывать про фильтры, – чтобы губы и цвет лица, и глаза нормально так, как у лисички Беллы Хадид). Хотелось чего-то, сильно хотелось. Известности – еще больше. Что толку, она королева местной школы. Попа-жопа господня эта Вентура.