– Сегодня, – миссис Мэтч не унималась, – мы продолжим материал прошлого занятия. Если вы помните, мы говорили о сражении при Эгоспотамах и гибели Афинского флота… – она обвела глазами зал. – Кто из вас расскажет мне о последствиях? Я имею в виду – о том, как афиняне избрали шестерых стратегов, а потом выиграли в битве при Аргинусских островах…
Рука Эйкена взметнулась вверх.
– Да, мистер Флэйм!
Рон подумал в этот момент, что фамилию Эйкена произносили гораздо реже, чем его. Флэйм и Уотерз, ну да, ну да, гениальный… Мэтч.
– Да, это я, – Эйкен встал, опираясь на парту левой рукой, в его глазах плясали лукавые огоньки. – Думаю, не я один большой знаток древности, – Эйкен посмотрел на Рона, другие тоже оглянулись. Рон сидел, не шелохнувшись. – Мертвыми телами была полна река… чтобы почтить богов, – Эйкен слегка закашлялся, – старший триерарх собрал тела погибших и собирался отправить их домой, в Афины…
Вдруг снаружи раздался сильный хлопок, крики. Эйкен замолчал, Дина вздрогнула и посмотрела на дверь. Кто-то достал телефон, проверяя местные чаты, вдруг там уже пишут, что случилось. Хлопок повторился, уже чуть ближе, истошно закричала какая-то женщина.
– Миссис Мэтч! – Джина со второй парты, типичная отличница из семьи среднего класса, вскочила и, задыхаясь от волнения, заговорила, – кто-то стреляет в школе! Охранник убит! В чате, – она потрясла телефоном, – пишут, что стреляет парень…
Ребята повскакивали с мест, Эйкен не шелохнулся, ситуация начала выходить из-под контроля.
– По местам! – миссис Мэтч решительным шагом прошла к двери и закрыла вторую створку, задвинув шпингалеты в потолок и в пол. Теперь «ворота» были полностью заблокированы. – Парту! Дайте мне парту! Быстрее.
Ближайшей партой подперли дверь, хлопки не прекращались, кто-то шел по зданию и стрелял во все, что видел.
– …но он не успел.
Внезапно все замолчали, и миссис Мэтч отошла от двери, глядя на Эйкена.
– Триерарх не успел, – как ни в чем не бывало продолжил Эйкен. – Буря помешала ему собрать тела.
Его слова звучали пугающе в ситуации, когда какой-то сумасшедший убивал людей буквально за стеной. Кто-то рядом не выдержал и метнулся к окну, решив сбежать наружу.
– Там высоко, стой, ты разобьешься! – Миссис Мэтч, сбивая мебель на пути, кинулась к окну, хватая парня за руку. – Стой!
Парень не собирался ждать стрелка и отбивался от миссис Мэтч, неловко, боясь ее ранить, но настойчиво.
– Всем занять свои места! – миссис Мэтч перекрикивала всех собравшихся в зале. – Мы продолжим урок!
Неслись проклятия, кто-то бросил на пол стул, вымещая на нем злость, но постепенно все расселись. Возле двери образовалось пустое пространство, никто не хотел оказаться на линии огня.
– Итак, – в голосе миссис Мэтч кипел чистый адреналин, руки ее еле заметно подрагивали, дергался подбородок, – мы остановились на сражении при Аргинусских островах… кто-нибудь еще хочет добавить, что знает об этом?
С задней парты поднялся Рон. Он медленно и спокойно вышел вперед, уселся на перевернутую парту у самой двери. По залу прошел тревожный шепот.
– Почтить память богов им не удалось. Но не по их вине. – Он посмотрел на Эйкена. – Боги довольно часто меняют свои правила прямо в процессе игры. – Он говорил явно о чем-то еще, не о материале урока истории, но никто в зале не мог понять, о чем он говорит на самом деле.
– Боги не то чтобы издеваются, нет, – они… – Рон откинулся спиной на «ворота», это вызвало испуганные вздохи девушек и нескольких парней. Словно он дразнил стрелка. – Они просто не заморачиваются, если их что-то отвлекло. Их отвлекла буря. И триерархам пришлось проявить всю недюжинную силу своего воображения, чтобы избежать гнева нации.
– …они тайно вернулись в Афины и обставили все дело так, что стратегам пришлось «уволиться». – Эйкен говорил на той же интонации, что и Рон.
– Потому что, если капризную волю богов не чтят одни, – Рон сложил руки на груди, – ее будут чтить другие.
– И если один избежит кары, – Эйкен аккуратно закатал рукава худи, обнажая татуировку.
– …другой примет ее вдвойне, – Рон повторил жест Эйкена, закатав рукава футболки по плечо.
Их татуировки стали видны во всей красе, словно отметки за прекрасно подготовленный ответ.
Миссис Мэтч переводила взгляд с Эйкена на Рона и с Рона на «ворота», было ясно, что она не слушает ни одного, ни другого. Внезапно в «ворота» что-то сильно стукнуло с той стороны, и Рон подался вперед, едва не упав с парты.
– Всем оставаться на местах! – зашипела миссис Мэтч. – Уотерз, слезь с парты, живо!