Кристофер складывает руки на груди, отчего его бицепсы выглядят ещё более внушительными. Его взгляд болотных глаз прощупывает меня, а затем он говорит:
— Ты умеешь готовить? — скептично спрашивает он.
— Умею — громко сказано, но я могу, — объясняю я. Крис всё ещё сомневается. — Моя мама шеф-повар в ресторане. Она готовит постоянно, у меня не было шансов не научиться.
— Хорошо. — Сдержанно кивает он и разворачивается в направлении кухни.
— Хорошо? — я спешу за ним. — Это значит, ты меня отпустишь?
— Нет.
— Нет?
— Нет.
— Но…
Кристофер резко останавливается и вновь поворачивается ко мне. Я едва успеваю остановиться, чтобы не столкнуться с ним. Запрокидываю голову наверх.
— Давай-ка я тебе кое-что объясню. Наша задача находить таких как ты и уничтожать. Всё. Я в принципе не должен с тобой разговаривать, и ты уже как… — он поднимает руку и смотрит на свои часы, — двадцать шесть часов должна быть мертва.
Я мертва уже больше года.
— Так что давай ты просто приготовишь завтрак, и я позволю тебе поесть.
Я не могла не хотела есть. Но согласилась. Потому что зная Кристофера, это был великодушный шаг с его стороны. Однако жалела я об этом всё время, пока он стоял за спиной. Я помнила, как он направлял на меня пистолет, и мне казалось, что стоит мне повернуться, я вновь увижу направленное на меня оружие.
— Приятного аппетита, — приправляю я сухими словами приготовленные панкейки.
— Выглядит неплохо, — говорит Кристофер, разглядывая тарелку.
— На вкус должно быть ещё лучше.
Желудок болезненно сжимается в голодной судороге. А желание есть отсутствует, отдав мой организм на растерзание стрессу.
— Ты ведь не пересолила их, или ещё что? — Он смотрит на меня исподлобья.
— Попробуй, — равнодушно отвечаю я и сажусь за стол. Это маленькое счастье снова сидеть. Истощение и усталость грызут мои мышцы. — Если тебе что-то не понравится, ты всегда можешь меня убить.
На секунду эмоции Криса выходят из-под жёсткого контроля, и его губы расплываются в едва заметной ухмылке. Он осторожно пробует блюдо, как будто я и правда могла подсыпать туда яд. Пожевав пару секунд, я замечаю, как озаряется его лицо.
— Это вкусно.
Я молча принимаю похвалу. Может, теперь Крис растает по отношению ко мне.
Он ест с таким аппетитом, что я решаю попробовать свою стряпню.
— А где Колдер? Он завтракать не будет? — спрашиваю я как бы между прочим. Но саму себя обмануть мне не удаётся. Мне хочется его увидеть.
— В школе.
Вилка зависает в воздухе у моего рта.
— В школе? Но сколько сейчас время.
— Полдесятого, — отвечает Кристофер с набитым ртом.
— А почему ты не в школе? — удивляюсь я.
— И оставить тебя одну дома? Ну уж нет.
— Но почему остался именно ты, если я тебе так противна?
— А почему бы тебе не заткнуться и не перестать задавать вопросы?
Ауч. Обычно я редко проявляю инициативу в общении, но когда пресекают даже слабые её проявления, это обидно.
— Просто хотела поддержать беседу. Мы ведь вроде как одноклассники.
Но он доедает в тишине. Затем встаёт с места и забрасывает тарелку в посудомоечную машину. В этом обветшалом доме есть посудомоечная машина!
— Школа имеет значение для Колдера. Он планирует сдавать SAT и поступить в университет.
— А ты этого не планируешь? — не понимаю я.
— Мне для этого не обязательно быть прилежным отличником.
Что это значит? Моё негодование осязаем мы оба, однако Крис не отвечает на немой вопрос.
— Возвращайся в комнату Колдера, — строгим голосом сообщает парень и направляется к выходу из кухни.