Вдох. Выдох. С каждым разом Колдер дышит спокойней. Каждый раз он подавляет в себе зверя, который рвётся меня убить.
Почему?
— Почему ты сдалась? — спрашивает Колдер эхом на мой немой вопрос.
— Вы не дали мне шанса убежать.
— Я не об этом. Ты сдалась ещё задолго до нас.
— Это тебя точно не касается.
Я никому об этом не рассказывала. Я даже себе не позволяла оценить весь масштаб моих ментальных повреждений. Я просто старалась об этом не думать, давая дням плавно перетекать друг в друга.
— Ну же. Иногда незнакомцу довериться проще всего. Скажем, это будет твоя исповедь перед смертью.
Я слышу нотки издевательства в его голосе. Но не злые. Воздух из моих лёгких паром вырывается наружу, издавая смешок.
— Заткнись. — Свободной рукой я пытаюсь шутливо ударить Колдера, но он перехватывает мою руку и тянет на себя. Я вскрикиваю от неожиданности. — Что ты?..
Я слышу смех, понимая что он мой лишь через несколько секунд. Я оказываюсь на нём сверху, его губы так близко к моим, что единственной правильной вещью мне кажется поцеловать его.
Находится в таком положении слишком хорошо, поэтому я пытаюсь вырваться. Его рука ожидаемо прижимает меня крепче к себе.
— Впервые слышу твой смех, — сообщает Колдер, глядя на меня искристыми глазами. — У тебя красивая улыбка.
Я бы хотела свалить это на действие травки, но его взгляд абсолютно ясный. Свежий воздух почти полностью отрезвил его.
— Окей, а вот это уже страшно.
— Что? Ты боишься комплиментов?
— Да, потому что никогда не знаешь, что за ними скрывается. Особенно если это откровенная лесть. Как сейчас.
На этот раз Колдер позволяет мне слезть с него, и мы неуклюже встаём на ноги. Я устремляюсь в сторону дома, потому считаю, что появляющаяся неловкость скоро испортит нашу прогулку. И потому что я очень замёрзла.
— Ты моя заложница, но это не значит, что я не могу оценить твою красоту. Наоборот, я бы даже мог ей воспользоваться.
Всё рушится. Я падаю вниз и уже чувствую ожидаемую боль. Мне говорили, что я красива. Гейб говорил. И он даже воспользовался этой красотой. И всё. Наверно, её достаточно только для этого.
Я ничего не отвечаю на комментарий Колдера. Если на несколько минут я позволила себе представить что мы в других обстоятельствах, всё так или иначе приходило к одному концу.
Молчание длилось недолго. В нескольких метрах от сетевой ямы, сигнал снова стал ловить и телефон Колдера пискнул. Парень внезапно врос в землю. Меня дёрнуло назад.
— А Кэтрин не может подождать, пока мы не доберётся до дома? — раздражаюсь я. Свободную руку я прячу в карман куртки, но та, что в наручниках уже превратилась в лёд.
— Это не Кэтрин. Это Крис.
Колдер хмурится и оглядывается по сторонам, словно пытается вспомнить, в какую сторону нам идти.
— Нельзя возвращаться домой.
— Что? Это ещё почему?
Скользящий взгляд парня останавливается на мне. Его желваки играют.
— К нам наведались инквизиторы, — отвечает он.
Я не очень понимаю, что это может значить, но звучит угрожающе.
— Смею предположить, это за мной?
— Да, и не только. Они знают о твоей матери. Знают, что мы здесь для того, чтобы убить вас. Но всё слишком затянулось, а с терпением у них беда. Точнее, у моего отца.
— Но какое им до этого дело? Я имею в виду, разве не вы сами решаете, кого и когда вам… убивать?
— Нет. — Колдер начинает двигаться в другом направлении.
— Я не понимаю, — жалостно произношу я, пока парень тащит меня за собой.
— Не сейчас. Нам нужно на время скрыться.
— И какие у нас варианты? Вон то дерево или, может быть, папоротник?