— Нужна помощь? — больше похоже на утверждение, чем вопрос. Колдер берёт мою руку в свою и поворачивает ладонью вверх. — Всё-таки нужно было зашить, — бормочет он себе под нос.
Я смотрю на него в недоумении и восторге. Его внимательность и забота застали меня врасплох.
— Как ты понял… Ах, да. — Я вспоминаю, что он мог почувствовать мою боль. — Извини.
Внезапно лицо Колдера ожесточается. Губы, слегка подрагивая, превращаются в тонкую линию, будто он хочет что-то сказать, но не решается. Моё дыхание перехватывает, а сердце проваливается вниз. Неужели он так злится из-за того, что я сделала себе, а, следовательно, и ему, больно. Мне хочется исчезнуть в эту же секунду, я машинально пытаюсь забрать свою ладонь из руки Колдера.
— Тихо, девочка, — шепчет парень, удерживая мою руку в своей. — Я ещё даже ничего не сделал. — Голос звучит спокойно и вкрадчиво. В отличие от его взгляда, который он устремляет на меня.
Я молча и с полным непониманием смотрю в ответ.
— Ты так и не рассказала, кто это с тобой сделал, — вспоминает он.
— Я же сказала, что упала.
— Я, конечно, не сомневаюсь в твоей неуклюжести, но почему-то мне с трудом верится, что ты упала просто так. ¬— Колдер выгибает бровь, одаривая меня проницательным взглядом. — Здесь есть пластырь? Нужно стянуть рану, иначе не заживёт.
— Да, кажется, был в ящике, — растерянно отвечаю я. — Меня немного сбивает с толку резкая смена тем. Я выдвигаю ящик под раковиной и среди ватных палочек, зубной нити и прочего гигиенического хлама нахожу пластырь. Отдаю его Колдеру.
Длинными пальцами парень аккуратно сдвигает порез и закрепляет его пластырем, после чего начинает заматывать мою руку бинтом. Я даже не почувствовала боли, хотя мне кажется, она была. По крайней мере, в какой-то момент Колдер поморщился.
— Так что? — напоминает он о своём вопросе. — Как так вышло, что ты упала?
Я сомневаюсь, стоит ли ему об этом рассказывать. Мне стыдно признаться, что я оказалась в такой ситуации.
— Мэд. — Пальцы Колдера нежно обхватывают мой подбородок и приподнимают его, чтобы я посмотрела на парня. — Расскажи мне, что случилось в ту ночь.
— Я… Мы с Брайаном немного не поняли друг друга…
— Что ты имеешь в виду?
Господи, к чему детали.
— Он думал, что я хочу с ним переспать.
Лицо Колдера мрачнеет.
— И почему он так думал? — сквозь зубы спрашивает он, продолжая заниматься моими ранами. Он садится на корточки напротив меня и прикасается к моему бедру. Правая рука скользит по его внутренней части, останавливаясь в самый последний момент.
Я нервно выдыхаю, пытаясь подобрать нужные слова и сложить их в предложения.
— Брайан тогда весь вечер вился вокруг меня. Я вроде как не сильно этому сопротивлялась. Потом в какой-то момент он схватил меня за руку и потащил наверх, в ванную. Он запер дверь и… и хотел поцеловать меня, но заметил твои засосы на моей шее.
Колдер смотрит на меня исподлобья, а на его лице появляется дьявольская ухмылка. Подушечки его пальцев продолжают бегать по моей коже, оставляя после себя ожоги.
— Ты этого добивался? — недовольно спрашиваю я. — Хотел отпугнуть от меня парней?
— Может быть, — бросает он. — И что же случилось дальше?
— Это разозлило Брайана. Он решил, что раз на мне засосы, со мной можно обращаться как со шлюхой, и… он начал… приставать ко мне.
Мне кажется или я слышу утробный рык? Пальцы Колдера смыкаются вокруг моей ноги так, что мне становится почти больно.
— Но ничего не было, — я спешу упокоить Колдера. — Я оттолкнула Брайана, он уронил зеркало, потом я поскользнулась и упала на осколки.
Колдер поднимается, и теперь его рост кажется мне ещё выше, чем обычно.
— Почему ты сразу мне не сказала?
— И что бы ты сделал? Пьяный и окровавленный, пошёл бы разбираться с Брайаном, когда у нас не было времени даже собраться, — напоминаю я. — К тому же это не твоя проблема. — Я пожимаю плечами, пытаясь придать небрежность своим словам.
— Я набил морду Крису за то, что он тронул тебя пальцем, думаешь, я бы не убил Купера за то, что он с тобой сделал?
— Тогда хорошо, что я тебе не сказала.
— Мэд. — Колдер тянет руку к моему лицу. Я непроизвольно вздрагиваю и отстраняюсь. Парень удивляется моей внезапной реакции. — Класс, теперь ты боишься меня? Сейчас?
— Я… — я опускаю взгляд вниз.
— Мэд, — настойчиво произносит Колдер. Он поднимает моё лицо за подбородок и заглядывает в мои глаза. — Я никогда не причиню тебе зла. — Он произносит эти слова медленно и чётко. — Я не убийца, — с надломом добавляет он.
Я утопаю в океане печали его глаз. И если Колдер чувствует мою физическую боль, то я однозначно чувствую его душевные терзания.
— Пожалуйста, не бойся меня, — шепчет он, прижавшись своим лбом к моему. Вместо слов звенят тоска и боль. Я даже представить не могу, каково ему сейчас. Каково это бежать от звания убийцы, чтобы в итоге искупать руки в крови? Каково это, когда единственный человек, который рядом с ним, может вот-вот отвернуться от него?
Я не могу.
Я встаю на носочки и осторожно прикасаюсь губами к его губам. Колдер мгновенно отвечает более страстно и жадно, словно я глоток воды после засухи. И я вода. Впитываюсь в его одежду, обволакиваю кожу и испаряюсь от её тепла.
— Я не боюсь тебя, — шепчу я, когда наши губы размыкаются.