Марси бросила на начальницу обиженный взгляд. Барбара разочарованно вздохнула:
- Нет, не особенно. Когда мы получили ее заявление, то очень обрадовались.
- Барбара, - прошипела Марси.
- Но это правда. Он все равно допросит других и выяснит это. – Барбара дерзко посмотрела на Вито.
- И что же она сделала такого, что вы не считаете ее милой?
- Ничего особенного. Просто ее поведение, - устало ответила Барбара. – Мы старались с ней поладить, но она порой вела себя очень грубо. Я работаю здесь уже двадцать лет и сталкиваюсь с сотрудниками с разными недостатками и проблемами. Клэр была гадиной не потому, что ей ампутировали ногу, а потому, что ей нравилось такой быть.
- Она увлекалась алкоголем или наркотиками?
Барбара пришла в ужас.
- Даже представить себе такого не могу. Она очень трепетно относилась к своему физическому здоровью. Нет, скорее это связано с условиями приема на работу. Пришла поздно, ушла рано. Свою работу она всегда выполняла, но не более того. Для нее это была просто работа.
- Она была писательницей, - добавила Марси. – И работала над романом.
- Да, она постоянно сидела за ноутбуком, - согласилась Барбара. - В ее книге речь шла о спортсменке, которая участвовала в Паралимпийских играх. Вероятно, это была наполовину автобиография.
Марси вздохнула:
- Вот только ее главный герой, вероятно, был симпатичным. Барбара права, детектив. Клэр не была особо милой. Наверное, мне просто этого хотелось.
Вито наморщил лоб.
- Вы говорили про ноутбук.
Дамы переглянулись.
- Да, - сказала Барбара. – Новый и довольно навороченный.
Марси прикусила губу.
- Он был у нее недолго. Она как-то притащила его. Приблизительно за месяц… до своего ухода.
- Ее родители не нашли ноутбук, - заметил Вито. – Они сказали, что у Клэр не было компьютера.
Лицо Барбары вытянулось.
- Клэр не обсуждала с родителями многие темы, детектив Чиккотелли.
- Например? – Но ответ Вито уже знал.
Марси снова поджала губы.
- Ну, мы, конечно, ее не осуждали, но…
- Клэр была лесбиянкой, - прервала коллегу Барбара.
- А ее родителям это не понравилось бы?
Барбара покачала головой:
- Определенно, нет. Они были очень консервативными.
- Понимаю. Она когда-нибудь упоминала о партнерше или подруге?
- Нет, но была фотография. В газете. С какого-то парада геев и лесбиянок. На ней Клэр целовалась с другой женщиной. Она очень волновалась из-за этой фотографии. Боялась, что семья увидит и лишит ее денег на съем квартиры. – Барбара скривилась. – Если вы спросите меня, что это за газета, я не смогу сказать. К сожалению.
- Ничего страшного. Это была маленькая местная газета или межрегиональная?
- По-моему, местная, - неуверенно произнесла Марси.
Барбара вздохнула:
- А у меня в памяти отложилась межрегиональная. Правда, детектив, нам очень жаль.
- Не надо извиняться. Вы мне очень помогли. Если вспомните что-нибудь еще, пожалуйста, позвоните мне.
Среда, 17 января, 12 часов 30 минут
Когда Вито подъехал к зданию суда, Ник садился в свою машину.
- Ну, что?
Ник стянул галстук.
- У нас получилось. Я был последним свидетелем. Лопес хотела, чтобы я выступал последним, чтобы присяжные думали не только о наркотиках, но и держали в голове образ убитой девочки.
- Хорошая стратегия. Я знаю, что ты об этом думаешь, но Лопес чертовски способный прокурор. Иногда необходимо договориться с демоном, чтобы подставить ножку дьяволу. Возможно, нам это и не по душе, но иногда надо мыслить масштабно. Остается надеяться, что родители девочки это поймут.
Ник устало потер ладонями щеки.
- Родители как раз это мне и сказали. Я уже собирался извиниться перед ними за Лопес, потому что она хотела выпустить убийцу их дочери, чтобы подцепить на крючок наркодилера. Но они сказали мне, что в этом случае эти двое оба заплатят, и дилер уже никому не сможет причинить вред. – Он вздохнул. – Это называется великодушием. А я чувствую себя слизняком. Наверное, мне придется извиняться перед Мэгги Лопес.
- Я думаю, мы должны радоваться, что она возьмется за наше дело. То есть, если мы когда-нибудь поймаем эту свинью.
- Это мы уже обсуждали, - сказал Ник. – Куда мы едем?
- К родителям Билла Мелвилла. Надо сказать, им, что их сын мертв. Теперь твоя очередь.
- Вау, спасибо, Чик.
- Эй, я же сообщал Беллами. Это справедливо. – Его мобильник завибрировал. – Лиз, - сказал он, обращаясь в Нику. Он выслушал, потом вздохнул. – Мы едем, - произнес он и развернул грузовик.
- Куда теперь?
- Не к Мелвиллам, - мрачно сообщил Вито. – Возвращаемся на поле Винчестера. Точнее, рядом с полем.
- Номер десять?
- Номер десять.
Среда, 17 января, 13 часов 15 минут
Джен уже находилась на месте преступления и координировала работы. Она подошла к Вито и Нику, когда те вылезли из грузовика.
- Дежурный полицейский получил сообщение о розыске машины Fl50 и вспомнил, что сегодня утром останавливал такую. Когда он проверил номерной знак, регистрация и указанное имя совпали. Но когда позвонили по телефону, который указан по этому адресу, никто не подошел. Офицер прошелся вдоль шоссе и обнаружил свежие следы шин. – Она указала на плотный мешок, который лежал внизу на склоне. – Потом он нашел это и вызвал подкрепление.
- Наш парень теперь знает, что мы за ним охотимся, - констатировал Ник. – Черт. А я надеялся, что у нас будет побольше времени.
Вито уже натянул сапоги.
- Но у нас его нет. Труп уже осматривали, Джен?
- Мужчина. – Она начала спускаться по склону. – Но мешок я еще не открывала. Вряд ли он хорошо выглядит.
Зрелище, которое открылось им внизу у подножия склона, оказалось таким, что надолго врезалось в память Вито. При падении пластиковый мешок туго натянулся на лице покойника, и казалось, что тот пытается освободиться. Полупрозрачный материал скрывал все, кроме рта, открытого в гротескном немом крике.
- О, Господи, - пробормотал Ник.
Вито присел на корточки рядом с трупом и осмотрел его. Тело оказалось завернутым не в один, а в два мешка.
- Один мешок для головы и туловища, второй – для ног. Связанный. – Пальцами в перчатках он подергал за веревку. – Узел простой. Хочешь, я открою мешок?
Джен с ножом в руке присела с другой стороны и аккуратно разрезала пленку рядом с узлом, стараясь не повредить его. Мешки разошлись. Она ухватилась за кончик пленки, сделала глубокий вдох.
- Возьми с другой стороны, Чик. – Вместе они начали стаскивать пластиковую пленку с трупа, и Вито старался подавить рвотные позывы. – О, Боже. – Он поспешно отпустил свой край и отвернулся.
- Выжжено клеймо, - произнес Ник.
- И повешен, - добавила Джен. – Посмотрите на след на горле.
Вито опустил взгляд. Джен все еще держала пластиковый пакет так, чтобы видеть левый бок трупа и его лицо. На левой щеке выжжена буква «Т». Вито нагнулся, подхватил свой край и потянул, чтобы обнажить левый бок.
- Его рука, - пробормотал он. – Или точнее, ее отсутствие.
- Вот черт. – Ник резко подскочил к ногам трупа. – Бог мой, что с ним такое произошло? - Вито сжал губы. – Джен, разрезай нижний мешок. До ступней.
Она повиновалась, и они все вместе сняли нижнюю пленку.
- Он отрубил ему и ногу, - тихо произнесла она.
- Правая рука и левая нога. – Вито медленно опустил пленку. – Наверное, это что-то означает.
Джен кивнула:
- Так же, как и имя Э. Мунк.
Сонни Холломан, фотограф Джен, спустился вниз по склону.
- О, Господи!
- Да, у нас такое уже было, - устало произнесла Джен. – Сонни, снимай со всех сторон.
В течении нескольких секунд слышалось лишь щелчки камеры.
Джен вновь перевела взгляд на лицо жертвы.
- Вито, я его знаю. Я в этом уверена.
Вито прищурился и сосредоточился.
- Думаю, я тоже знаю. Черт возьми. Только не могу сообразить, кто это.
Сонни опустил камеру.
- О, черт, - пробормотал он. – «Обслуживание канализаций Сандерса». Это кто-то из его ребят. Самый старший, который стоял в конце ряда и с несчастным видом выглядывал из-за мойки.
Джен широко распахнула глаза. Она тоже вспомнила.
- Да, ты прав.
- О чем вы говорите? – спросил Ник, но Джен взмахом руки заставила его замолкнуть.
- Дай мне подумать. Служба Сида Сандерса «Обслуживание канализаций», отсос септических систем…
- Суперчистый, - в унисон закончили фразу Вито и Сонни.
- Что? Может, кто-нибудь объяснит мне, в чем тут дело? – требовал разъяснений Ник.
- Ты вырос в другом месте, - сказал Вито, - поэтому можешь и не знать. Этого парня узнают по рекламе.