- Ваша мама очень больна? Но она очень милая.
- Вы не помните, как к ней обращались?
- Миссис Кэрол. – Горничная беспомощно повела плечами. – И муж так называл.
Рэй защелкал клавиатурой.
- Есть. Миссис Артур Кэрол.
Простая, но изящная уловка, подумал Дэниел.
- Большое вам спасибо, Мария, - поблагодарил он. Когда горничная ушла, Дэниел обратился к Рэю, - а когда они зарегистрировались?
- Они зарегистрировались девятнадцатого ноября и выписались первого декабря. Платили наличными. Еще что-нибудь?
- В вашей гостинице есть сейф? – Дэниел увидел, что взгляд Рэя дрогнул. – Они что-то спрятали в сейфе, да?
Рэй пожал плечами:
- Оно там и лежит. Согласно моим документам, они не взяли с собой вещи, когда выписывались. В таких случаях мы храним оставленные вещи в течение девяноста дней.
- Вы не могли бы проверить? Это для того, чтобы мне знать, оформлять судебное постановление на изъятие или нет.
- Хорошо. Я посмотрю. – Рэй вернулся через две минуты с конвертом в руке. На его лице читалось удивление. – Вот письмо. Адресовано вам.
На конверте надпись: «Дэниелу или Сюзанне Вартанян». Почерк матери. Дэниел резко втянул воздух.
- Спасибо, Рэй.
Тот тихо ответил:
- Удачи.
Усевшись в машину, Дэниел надорвал конверт. Из него выпал листок со штампом отеля, на нем материнской рукой написан адрес и номер почтового ящика. Дэниел набрал номер на мобильнике. После третьего звонка раздался голос сестры:
- Прокуратура, Сюзанна Вартанян.
- Сюзи, это я, Дэнни.
Сестра шумно выдохнула.
- Ты нашел их?
- Нет. Я нашел кое-что другое.
Четверг, 18 января, 12 часов 00 минут
Йоханнсен по-прежнему вела себя крайне осторожно. Все утро ее окружали какие-то люди. В любом случае, тащить ее на себе занятие не из простых, эта женщина – настоящая амазонка. Он собирался как-то приблизить ее к своему автомобилю, а затем мгновенно отключить. Но для этого необходимо застать ее одну. Лучше всего дождаться, когда она сделает перерыв на обед.
Он очень хорошо чувствовал время. Экскурсия с викингами окончена. Но только он собрался подойти к ней, как распахнулась дверь, и сквозь толпу детей к ней начал пробираться какой-то старик. Протянув руку, Йоханнсен тепло поприветствовала его. Вот те на, а старик, оказывается, совсем не старик! И не маскировка под старика. Просто внешность такая. Из-за жестокого обращения, догадался он. А искалеченные руки подтвердили его подозрения.
Он невольно задался вопросом, какие мучения перенес этот человек, и за какое время он превратился в такую развалину. Он с превеликим удовольствием нарисовал бы глаза этого мужчины. Наверняка у этого типа очень высокий болевой порог, поэтому и продержался он дольше, чем смазливые модельки.
Йоханнсен со стариком заговорила на каком-то языке, кажется, на русском. Потом она проводила его до дверей, и он шагнул вперед.
И в этот момент зазвонил его мобильник. Головы обернулись в его сторону, и он поспешно склонился над своей палкой.
Привлекать к себе внимание совсем не входило в его планы. Он поспешно покинул музей, стараясь не выпадать из роли старика. На улице снова зазвонил телефон. Прямой набор от Ван Зандта. Наморщив лоб, он ответил:
- Фрейзер Льюис.
- Мне нужно с тобой поговорить.
- Я могу приехать через несколько дней. Возможно, в следующий вторник.
- Нет. Я должен поговорить с тобой сегодня, Фрейзер. Дерек вчера вышел из дела.
А был ли Харрингтон вообще в деле? Это с какой точки зрения смотреть.
- Правда? Почему?
- Он не хотел лишаться контроля над художественной частью. Я подготовил для тебя контракт. Сегодня днем я буду в Филадельфии. Встретимся в семь, поужинаем. Ты можешь подписать контракт, и я снова исчезну.
- Исполнительный Арт-директор? - спросил он.
Ван Зандт рассмеялся:
- Так написано в контракте. До встречи.
Нью-Йорк Сити, четверг, 18 января, 12 часов 30 минут
- Я же знал, что пари не состоится, - пробурчал Вито.
Ник кивнул, наблюдая, как пара нью-йоркских копов разыскивают место, где мог бы спрятаться человек. Или где могли человека спрятать.
- И что теперь?
- Лучше всего объявить в розыск. Похоже, они здесь закончили.
Их Нью-Йоркские коллеги вышли из гостиной. Их звали Карлос и Чарльз.
Почти так же, как Ник и Чик, но только почти.
- Его здесь нет, - сообщил Карлос. – Извините.
- Спасибо, - ответил Вито. – Мы тоже на это не особо рассчитывали, но все же…
Чарльз кивнул:
- У вас, парни, десять трупов. В таком случае мы бы тоже проверяли.
- И что вы теперь собираетесь делать? – поинтересовался Карлос. – Этот парень – подозреваемый?
- Мы не рассматриваем его в качестве убийцы, - сказал Ник, - но он может знать его.
- Мы можем сделать для вас запрос на розыск, - предложил Карлос.
- Очень хорошо. – Вито взял в руки фотографию в рамке. На ней запечатлен Харрингтон с женщиной и девочкой-подростком. – Он, по-видимому, женат и имеет дочь. Мы не могли бы найти эту женщину?
- Мы займемся, - ответил Карлос. – Что-нибудь еще?
Ник пожал плечами:
- Может, здесь есть какая-нибудь забегаловка, где нам дадут поесть?
Филадельфия, четверг, 18 января, 14 часов 15 минут
- Я могу вам чем-нибудь помочь? – Парнишка за стойкой выглядел совсем юнцом.
Я очень на это надеюсь. Адрес, который мать написала на бумажке, принадлежал Агентству по аренде почтовых ящиков, которое находилось на другом конце города. Дэниел какое-то время сидел в машине в раздумьях, что делать. Стоит ли звонить шефу, и начинать официальное расследование? Его постоянно преследовали слова: «Я знаю, что сделал ваш сын». Но вот он вошел и собирался уже вновь использовать свой жетон, чтобы обойти закон.
- Мне необходимо заглянуть в почтовый ящик.
Парень кивнул:
- Можно взглянуть на ваши документы?
Он протянул ему свой жетон и увидел, как глаза парня расширились.
- Я эээ… проверю, специальный агент Вартанян. – Парня так впечатлила должность Дэниела, что он даже не спросил номер ячейки. Он поднял взгляд и ушел. – Минутку, сэр.
Дэниел хотел было его удержать, но прикусил губу. Его имя стояло в компьютере. Он никогда раньше не был в этом городе. С колотящимся сердцем он ждал. Через минуту парень вернулся с толстым коричневым конвертом, сложенным пополам.
- Только это, сэр.
- Спасибо, - с трудом выдавил Дэниел. – Но это не единственная причина, по которой я здесь. Я работаю над делом, которое привело к вашему агентству. И я воспользовался случаем, так как все равно собирался сюда. Вы не могли бы сказать, кому принадлежит ячейка 115? – Как все просто. И произносить ложь, и водить парня за нос. Но он получил то, что хотел.
- Он зарегистрирован на имя Клэр Рейнольдс. Вам нужен адрес?
- Пожалуйста.
Парень протянул ему листок с адресом, и Дэниел отправился к машине с конвертом в руках. Затем осторожно вскрыл конверт и извлек содержимое. И какое-то время в ужасе и неверии таращился на него. Потом память вернула его на много лет назад, и его закрутил водоворот.
- Бог мой, - прошептал Дэниел. – Папа, что ты наделал?
Все оказалось гораздо хуже, чем он представлял себе. Я знаю, что сделала ваш сын. А теперь Дэниел знал, что сделал его отец. Но почему, вряд ли хотел спросить. Когда он снова смог дышать, то позвонил Сюзанне.
- Ты нашел их? – спросила она безо всякого приветствия.
Он заставил себя произнести:
- Ты должна приехать.
- Дэниел, я не могу.
- Пожалуйста, Сюзанна. – Его голос охрип. – Ты должна приехать. Пожалуйста. – Дэниел ждал, а невидимая рука сжимала его горло.
Наконец-то, Сюзанна вздохнула:
- Ладно. Я приеду поездом. Буду у тебя примерно часа через три.
- Я встречу тебя на вокзале.
- Дэниел, с тобой все в порядке?
Он уставился на листок в своей руке.
- Нет. Все очень и очень плохо.
Нью-Йорк Сити, четверг, 18 января, 14 часов 45 минут
- Харрингтон либо скрылся, либо мертв, - объяснял Вито Лиз по телефону. – Мы были в его офисе, в квартире, в квартире его жены. Его никто не видел. Его машина стоит не там, где она должна была стоять, а жена говорит, что не видела его уже полгода. Ее дочь учится в Колумбии, но тоже целую вечность не встречалась с ним.
- Из раздельного проживания я делаю вывод, что Харрингтон и его жена не ладят друг с другом?
- Она считает, что он впал в депрессию и меланхолию, но жестоким Харрингтон никогда не был. Департамент полиции Нью-Йорка объявил его в розыск. А мы сидим перед зданием oRo и обедаем. Попытаемся получить список их сотрудников или будем бродить вокруг, вдруг у кого-нибудь из oRo развяжется язык. Брент, правда, считает, что графика к Харрингтону никакого отношения не имеет, но кто-то же ее сделал. Нам просто нужен человек, который много знает.