Откуда-то издали грянули веселые звуки. Из-за шатра выступили четыре музыканта: с кастаньетами, гитарой и скрипками. Они играли самую зажигательную и веселую из джиг, такую, что заставляла сердце биться быстрее. Внезапно они замерли, и музыка оборвалась. Кастаньеты отстучали несколько тактов, и музыка полилась вновь, но теперь в ней таилась грусть, от которой щемило сердце. Играя таким манером, музыканты прошли под сень деревьев и удалились. Мелодия затихла, и лишь вздохи скрипок и стоны гитарных струн доносились, как и раньше, обрывки без конца и без начала, легкие и естественные, как дыхание.
Джерсен томился от неловкости. Обстоятельства вышли из-под его контроля. В маскарадном костюме он чувствовал себя шутом. Не на это ли рассчитывал коварный поэт? Даже если Виоль Фалюш сейчас встанет перед ним и назовется, он, Джерсен, не сможет шевельнуть пальцем. Осенний ли воздух, вино ли сыграло с ним роковую шутку, но он не сможет пролить кровь на прелестный багряно-золотой ковер. И даже на ковер из медных листьев под ногами.
Джерсен откинулся в кресле, удивляясь самому себе. Ну ладно, так уж и быть, пока он просто посидит и подумает. Некоторые гости явно нервничали: какая-то принужденность, натянутость проскальзывала в движениях, смехе. Возможно, Наварховы разговоры о смерти напугали их. Кого же имел в виду Наварх?.. Девушки тихо двигались вдоль ряда кресел, подливая вина. Одна склонилась над Джерсеном, он уловил аромат чайной розы. Девушка выпрямилась, улыбнулась ему и перешла к следующему гостю.
Джерсен выпил вино, откинулся в кресле. Рассеянный и бесстрастный, он все же не мог размышлять. Некоторые гости встали с кресел и переговаривались мягкими, приглушенными голосами. Первый стоял, оглядываясь. Второй не спускал глаз с Зан Зу. Третий, как и Джерсен, развалился в кресле. А Четвертый и Пятый были среди беседующих.
Джерсен поглядел на Наварха. Непредсказуемый человек. Что он еще задумал? Джерсен позвал поэта. Наварх повернулся в его сторону с отсутствующим видом.
— Виоль Фалюш тут?
— Чш! — Наварх поднес палец к губам. — Вы маньяк!
— Мне это и раньше говорили. Он здесь?
— Я пригласил двадцать одного гостя. Со мной их двадцать два. Виоль Фалюш здесь.
— Который из них?
— Я не знаю.
— Что? Вы не знаете? — Джерсен выпрямился, пробужденный от летаргии двуличием Наварха. — Между нами не должно быть недоговоренностей, Наварх! Вы выудили у меня миллион севов на определенных условиях.
— И я выполнил их, — фыркнул Наварх. — Правда заключается в том, что я не знаю, на кого теперь похож Виоль Фалюш. Я хорошо знал юного Фогеля Фильшнера. Виоль Фалюш изменил лицо и манеры. Он может быть одним из трех или четырех. Пришлось бы содрать с них маски и отослать тех, кого я точно опознаю, тогда оставшийся и будет Виолем Фалюшем.
— Очень хорошо. Именно это мы и сделаем.
Наварх не выказал воодушевления.
— Жизнь по той или иной причине все равно покинет мое тело. Я признаю это. Но я всего лишь Безумный Поэт, а не герой.
— Неважно. Вот как мы поступим: пригласите ваших кандидатов в шатер.
— Нет, нет! — прокаркал Наварх, — Это невозможно. Есть более легкий путь. Следите за девушкой. Он подойдет к ней, и мы его узнаем.
— К ней может подойти полдюжины других.
— Тогда ухаживайте за ней сами. Он единственный, кто бросит вам вызов.
— А если никто не бросит?
Наварх сжал его руку.
— Что вы теряете?
Оба повернулись к девушке. Джерсен сказал:
— И в самом деле, что я теряю? В каком она родстве с вами?
— Дочь старого друга, — провозгласил Наварх. — Она, если так можно сказать, моя награда, на меня возложена обязанность вырастить ее и подвести к зрелому возрасту.
— А теперь, выполнив свою миссию, вы предлагаете ее любому прохожему?
— Беседа становится утомительной, — скривился Наварх. — Глядите! К ней кто-то приблизился.
Джерсен оглянулся. Второй приблизился к Зан Зу и обратился с пылкими речами. Девушка вежливо слушала. Как и в кафе «Небесная гармония», Джерсена потряс взрыв эмоций. Чувство утраты? Ревность? Потребность защитить? Какова бы ни была природа чувства, оно заставило Кирта выступить вперед и присоединиться к этой паре.
— Как вам нравится прием? — спросил Джерсен дружелюбно. — Чудесный день для пикника. Наварх — потрясающий хозяин, однако он нас не представил. Как вас зовут?