Наташа повернула голову, ее зубы сомкнулись на большом пальце Алекса, ее язык скользнул по нему, горячий и дразнящий, когда ее голова откинулась на плечо Димы, ее тело выгнулось к Алексу, когда язык Димы провел по ее уху.
Наташа чувствовала, что другие мужчины наблюдают за ними, занимая свои места в комнате, все взгляды были прикованы к ним. Она знала, что это был не первый раз, когда они сводили женщину с ума перед другими членами Клуба. Марина дала ей всю информацию, которой располагала, хотя та была в лучшем случае отрывочной. Она знала, что то, что произойдет сегодня вечером, будет ее выбором. Она знала, что, сделав этот шаг, она сделала себя частью жизни Алекса и Дмитрия таким образом, что она никогда не сможет вернуться.
- Ты хоть представляешь, Нат, как это возбуждает? - тихо спросил ее Алекс. - Все глаза устремлены на тебя, наблюдают за тобой, ждут того единственного момента, когда ты больше не сможешь выносить удовольствия и все внутри тебя взорвется. Для этого и существует Клуб, детка. Вот кто мы такие. То, что мы есть. То, чем мы мечтаем стать. Спусковой крючок, который превращает кульминацию женщины во взрыв, не похожий ни на что, что она когда-либо знала. Ее самые темные желания, ее глубочайшие потребности. Мы не желаем ничего более, чем быть исполнением их.
Ей хотелось закричать от такого признания, хотелось попеременно злиться на них за то, что они так ее приняли, и хныкать в знак покорности. Эта потребность хныкать вернула ее к реальности. Она возьмет все под свой контроль. Только не они. Они узнают, что она может быть такой же доминирующей, такой же агрессивной, как любой троянец, когда-либо рожденный.
Она отодвинулась от Димы, медленно облизывая языком алые губы, когда ее руки скользнули вверх по рукам Алекса. Его глаза сузились. О да, ей это нравилось. Он не знал, чего ожидать, что она сделает. Она позволила своим пальцам погладить его грудь, обвиться вокруг расстегнутых краев рубашки.
Быстрый рывок, и пуговицы разбежались. Позади нее застонал Дима, его руки сжались на ее бедрах, когда ее губы двинулись к широкому пространству мускулистой плоти. Ее язык обвел плоский, твердый мужской сосок, в то время как другая рука двинулась ниже, ее пальцы обвились вокруг твердого члена Алекса, требовательно набухающего под его брюками.
- Черт!- его бедра дернулись от внезапной ласки, когда его руки обхватили ее голову, а губы опустились к ее губам.
Она встретила его зубами. Резкий укус в изгиб голодного тела заставил его отпрянуть, уставившись на нее сверху вниз, его лицо вспыхнуло от возбуждения.
- Плохой мальчик, - огрызнулась она, а затем застонала, глубоко вздохнув от удовольствия, когда почувствовала зубы Димы на своей шее.
Скрежет, предупреждение. Алекс опасно улыбнулся.
- Нас двое, а ты одна, - мрачно напомнил он.
- Верно. - ее пальцы потянулись к его поясу, ослабляя его намеренными движениями. - В следующий раз, может быть, я применю на тебе наручники.
Через секунду член Алекса был свободен. Наташа не дала ему времени ответить. Она согнулась в талии, ее ягодицы прижались к бедрам Димы, когда ее рот накрыл широкую головку плоти, напрягшейся от тела Алекса. Он заполнил ее рот, растягивая губы, обжигая язык жаром своего члена.
- Наташа, - прорычал Алекс, когда ее язык скользнул по грибовидной плоти, мерцая, когда ее рот глубоко пососал его, двигаясь по кончику его эрекции ровными движениями, когда она почувствовала, как руки Димы скользнули под подол ее юбки, подтягивая ее вверх.
Теперь все они тяжело дышали. Воздух в комнате становился теплее, дюжина мужских тел нагревалась, наблюдая за разыгрывающимся перед ними шоу. Пока ее рот сосал его, она позволила пальцам ласкать, обманывая. Ее ногти нежно царапали по стволу, который не был прикрыт ее ртом, спускаясь к его тяжелой мошонке, лаская, слегка царапая, заставляя его дернуться в ответ.