— Конечно, Ваше Величество.
— О, вот давай без этого. Ну какое я тебе величество? В конце концов, мы с тобой не просто подруги, но и дальние родственники, да и сейчас ведь не официальный прием) Пойдем, милая, у нас с тобой сегодня будет серьезный разговор.
Клара повернула голову и вновь остановила взгляд на Таре, загадочно улыбнулась, подмигнула, и они с матерью поднялись по широкой лестнице в покои на втором этаже.
* * *
— Убери руки, Басти! — Тара отпихнула от себя кузена, который продолжал удерживать ее. — Послал же всевышний родственничка!
Испепелив его взглядом, она понеслась по ступенькам в свою комнату.
Влетев в двери, она со стуком их захлопнула и, облокатившись на них спиной, сползла на пол. Обхватив руками колени и уткнувшись в них головой, она громко рассмеялась. В памяти всплыл образ гадкой Мириам с коровьей лепешкой в волосах и глупо хлопающей своими кукольными ресницами.
— Конечно, милый! — передразнила она Мириам. — Как тебе коровье дерьмо на моем прелестном личике? Что? Леди не говорят «дерьмо»? Прости, милый, наверное, я не леди. Мур-мур-мур... — Тара вытянула губы в трубочку и картинно закатила глаза.
В дверь тихо постучали.
— Кто там? Присси, это ты? — Тара поднялась с пола и открыла дверь.
На пороге стояла молоденькая служанка, которую мать лично к ней приставила с недавних пор. А именно с того момента, как, проснувшись пару месяцев назад, Тара обнаружила небольшие кровянистые выделения на кружевных панталончиках. С того самого момента что-то неуловимо стало меняться вокруг нее. Появилась Присси, исчезли все детские платья, появился страннючий предмет одежды, называемый корсетом, и садок для рыбы, кринолин. Из комнаты таинственным образом исчезла Матильда, её любимая фарфоровая кукла, а на конюшне ее удобное, истертое седло заменили на жутко неудобный дамский вариат, с которого она в тот же день пребольно приземлилась на пятую точку прямо в лужу посреди двора, рассмешив всю челядь. И вот сейчас перед ней, сверкая черными, как маслины, глазами, почти пританцовывая, стояла Присси.
— Госпожа Тара, госпожа Тара! Леди Стетхолл приказала вас принарядить к обеду! Сейчас придет Лотта и уложит вам волосы! — она буквально подпрыгивала от переполнявших ее чувств. — Ой! Не так! Сейчас Томми и Стен принесут чугунную ванну, и я вас хорошенько намою, а потом...
— Что? — Тара сдвинула брови. — Ванну? Зачем? Не то, что мне не хочется мыться, — кстати, от рук изрядно попахивало коровьим навозом. — Но если мать приказала проготовить ванну, значит, меня, как индюшку, к чему-то готовят, а это, черт возьми, попахивает еще хуже, чем коровьи аки-каки. Значит, как я и догадывалась, леди Клара не просто так прикатила сюда ни свет ни заря. Присси, слушай сюда. — Тара заволокла служанку в комнату и прижала ее к двери. — Мне нужна твоя помощь.
Присси замотала головой, как китайский болванчик.-Ой, госпожа, как бы чего не вышло! Леди Стетхолл опять будет ругать меня и отправит, чего доброго в деревню, или ещё хуже на ферму.
Тара знала, что служанка была немного ленива, но кичилась работой личной помощницы при юной госпоже, и задирала перед лакеями нос, обжимаясь с теми же лакеями по углам, когда, как ей казалось, этого никто не видит. И при первой возможности бесстыдно отлынивала от поручений своей хозяйки, делая вид, что не расслышала или вовсе притворялась больной. Но сейчас Таре было абсолютно чихать на хочушки и могушки Присси, ей нужна была ее помощь.
- Слушай сюда, Присси, если ты в точности, не выполнишь то, что я прикажу, я велю конюху всыпать тебе пяток плетей. Ты все поняла?
У служанки расширились глаза от страха, не то, чтобы она поверила своей госпоже, но она просто до одури боялась конюха, выкокого, сурового гиганта, с огромным шрамом на пол- лица, половину которого закрывала густая рыжая борода, Его огромные кулаки с узловатыми пальцами, могли, как ей казалось, расплющить ее в секунду. Поэтому она тут же согласно закивала головой.
* * *
Солнце опускалось к горизонту, когда леди Стэтхолл решила проверить свою дочь. Она неспешно поднялась на второй этаж и подошла к дверям комнаты Тары. Постучав в дверь, она прислушалась, но в комнате стояла тишина. Ни малейшего шороха не доносилось из-за дверей. Заглянув в комнату дочери, леди Стетхолл увидела чугунную ванну, наполненную остывшей водой, на стуле у окна лежало платье из тончайшего муслина нежно мятного цвета с французским кружевом по подолу и рукавам. Около большого зеркала в кресле спала Лотта, так и не дождавшаяся Тары. И ни малейшего следа её драгоценной дочери.