Она вышла, оставив меня одну в полумраке гостевой комнаты. Я стояла, прислушиваясь к отзвукам её шагов, затихающим в коридоре. Мысль о побеге обжигала сознание, как прикосновение раскаленного железа. Глубоко внутри, под грудой страха и сомнений, уже теплилась крошечная, едва живая искра надежды, что все получится. Другой дороги у меня просто нет.
Темнота опускалась на замок неестественно рано, будто сама природа спешила укрыть мой побег темнотой. Густые, бархатные сумерки легли на окна, как тяжелые траурные занавеси. В коридорах царила гробовая, показная тишина, нарушаемая лишь мерными шагами патрулей. Торн так и не появился, не прислал никаких сообщений, не выдвинул ультиматумов, но это затишье было страшнее любой угрозы. Оно лишь подтверждало слова Лары — он был уверен в своей победе настолько, что даже не считал нужным меня контролировать. Он знал, что мне некуда бежать.
Поздно вечером Лара пришла ко мне снова. На этот раз без стука, проскользнув в дверь как тень. Она молча вручила мне небольшой, но плотный сверток.
— Здесь всё, что нужно: простое дорожное платье из грубой ткани, темный, неброский плащ с капюшоном, который скроет твое лицо и мешочек с теми травами, о которых я говорила.
Я лишь кивнула, не в силах вымолвить ни слова.
— Я выйду через служанский ход, который ведет к виноградникам? Как только луна поднимется над главной башней? — предположила я, вспоминая карту.
— Торн наверняка уже приказал своей личной страже круглосуточно дежурить там, но у нас есть козырь...Клойд подсыпал сильное слабительное в вино страже, тому самому рыжему увальню с глазами-щелочками. Если повезет, и сработает быстро, то в нужный момент на посту никого не будет. Это наш единственный шанс.
— А что дальше? Куда мне бежать?
— Через виноградники, — она говорила быстро и четко, словно отдавала приказ на поле боя. — Беги что есть сил, не оглядывайся. За виноградниками начнется лес, ищи старую, почти забытую тропу, она приведет тебя прямо к реке. Там, в тени разрушенной мельницы, будет ждать лодка. Мы не можем использовать магию или порталы — любое использование энергии оставит след, который его маги смогут проследить до тебя. Только старомодный, тихий побег. Доберешься до восточного берега и найдешь дом травницы Мильды, она уже знает о тебе и ждет. У неё ты сможешь переждать первое время, прийти в себя. Дальше… дальше посмотрим. Всё произошло слишком внезапно, и реакцию Северного Князя предсказать невозможно.
— А если он… если он все же пойдет по моему следу? Если найдет меня? — голос мой предательски задрожал.
— Он пойдет. Обязательно пойдет, но мы постараемся его обмануть, я уже всё подготовила. Одна из моих самых верных служанок, девушка примерно твоего роста и телосложения, наденет твой плащ и накидку и побежит через лес к западному тракту, уводя погоню за собой. А ты в это время будешь уже далеко, на лодке, вниз по течению реки.
Она снова крепко сжала мои руки в своих. Её пальцы дрожали — ровно так же, как и мои.
— Нелли… — её голос вдруг сорвался. — Ты должна выжить. Обязательно. Я не знаю, кто ты на самом деле, откуда в тебе этот дар… но я чувствую — тебе уготовано нечто большее, чем быть вещью в руках сильных мира сего. Ты не должна принадлежать ему. О своих родных не беспокойся, я сама лично позабочусь о твоей матери и брате, их перевезут в надежное место. Береги себя как зеницу ока. Спасибо тебе за сына.
Я могла только кивать, сжимая её пальцы в ответ. Слова застряли в горле комом. Лара выскользнула из комнаты так же бесшумно, как и появилась.
Я осталась одна. Действовала почти на автомате: переоделась в простое платье, спрятала сверток под плащ, надела амулет.
Минуты, проведенные в ожидании, тянулись мучительно долго. Каждая секунда отдавалась в висках тяжелым, назойливым стуком. Я сидела на краю кровати в полной темноте, пила смесь из трав и прислушивалась к ночным звукам замка. Сердце бешено колотилось, предвосхищая опасность, которая ждала меня за стенами этой комнаты.
Когда окончательно стемнело, я кралась вдоль холодной каменной стены, задерживая дыхание и стараясь слиться с тенями. Каждый мой шаг отдавался в звенящей тишине собственных страхов оглушительным грохотом. Пахло старым камнем, пылью и страхом — густым, почти осязаемым. Мимо темной, спящей кухни, где еще витал сладкий аромат дневных пирогов, мимо огромного пустого зала для пиршеств, где призраки былых торжеств все еще танцевали в лунном свете, пробивавшемся сквозь витражные окна... И вот она — узкая, неприметная дверь в стене, обитая потемневшим от времени железом. Я нажала на скрытый в камне механизм — щелчок показался мне невероятно громким. Дверь бесшумно отъехала в сторону. Я сделала шаг вперед — и меня окутал колючий, морозный воздух наступающего вечера, пахнущий хвоей, влажной землей и свободой.