«…Придумал, тьфу! Отец в уважении, и я не хуже! Надо доверять людям. Первое время в цехах работал, скольких обучил вот этими руками. После поездки в Европу зарплаты поднялись... Промышленник и в клетке о своём!» - в итоге поехидничал над собой Григорий.
Спустились сумерки. Знобило: то ли от нервного напряжения, то ли и впрямь стало прохладно. Гриша вдруг подумал, что за ним и вовсе не придут. И стал ждать врага, как великого спасителя…
Глава 42. Сладкие мысли
Ксюша, не сдерживая нервный смех, продолжала рассматривать бывшего жениха: правильно очерченные плечи, в объятия которых она когда-то мечтала попасть, сейчас раздражали, слишком светлая кожа была физически противна, и в своём голом виде он казался ей ничтожеством; и она чувствовала превосходство...
- Что смешного? – раздражённо бросил Искандер и остался сидеть в прежней позе.
Прикрыв грудь остатками разорванного лифа, Ксюша вышла из кареты. Ветви берёз нависали, будто грязные и тяжёлые мысли; солнце кричало злые, неприятные слова; девственная рощица теперь глядела серым цветом…
Кучера, свернувшегося клубочком под увесистым деревом, даже будить жалко, но надо ехать, ведь Григорий себя не обнаружил, и найти его не удалось. Если отправиться искать вместе, но надо сначала переодеть платье.
Искандер уже красовался на коне, но Ксюша не подняла на него глаз:
- Езжайте домой, Ксения! Вы не найдёте Григория. Не тратьте время!
Искандер подскочил к кучеру: спрыгнув на землю, толкнул его в бок ногой. И сразу же поскакал на белом красавце на большую дорогу. Всё тело наездника было расслабленным, он чувствовал давно забытую сладость...
И вновь его потянуло на станцию, где Маруся колдовала на кухне. Девушка подняла тонкие брови, увидев радостное лицо дворянина. Искандеру в голову (или ниже, гораздо ниже) ударили гормоны, и он чувствовал себя раскрепощенным. Картины в доме станционного смотрителя заиграли новыми красками, ещё более яркими; всё вокруг, в том числе Маруся, выглядело забавным. Девушка вдруг показалась ему очень даже миловидной…
Вытянув мускулистые ноги, Искандер предался праздным мечтам, как он женится на дочери Лазаря. Перед взглядом же его всё время была Маруся, хлопотавшая по дому. Вдруг ему пришла мысль, а что если Маруся понравится купцу, подкинуть её Григорию в клетку, пусть развлекается! И забудет Ксюшу! Забавно… вот смеху-то... И Искандер на радостях попросил мягкой наливочки, оставив на лице Маруси удивлённое выражение: ведь прежде злой и угрюмый посетитель теперь столь оживлён. Искандер прикоснулся к мягкой руке хозяйки:
- Маруся, жениха тебе надо, - напрямую заявил Искандер.
- Надо… - так же откровенно вздохнула Маруся.
- Есть на примете. Поедешь? - подмигнул он.
- Вот так сразу?
- Познакомишься, - засмеялся Искандер. - Тебе понравится! Мужик что надо! Я заплачу за повозку!
- Я только тятеньке скажу…
- Ну и принарядись там.
Маруся улыбнулась. Налила в таз воды и удалилась.
Искандер последний раз глянул на полюбившиеся картины и вышел. Во дворе он приметил чистенькие аллейки, постриженные кусты и новенькие отстроенные конюшни. И ему подумалось освежить своё запущенное поместье - сладость и вовсе вошла в сердце Искандера. «Да и картины бы современные повесить!» - не уставал он мечтать…
Глава 43. Истины приходят утром
Григорий проснулся от того, что затекло его правое плечо: спать на полу очень жёстко, медвежья шкура не спасала. Более того, всё тело чесалось, видимо, от плотно облегающей одежды. Хотелось скинуть её. Сейчас бы в баньку да в чистую постель…
Ветви яблоньки царапали окно, не уставая колыхаться под ветром, а воробьи расчирикались - и теперь уже не заснуть.
Григорий снял с себя серый сюртук с матовыми лацканами, жилет и рубашку. Свет с окна прошёлся по его прокаченным мышцам груди и плеч. Он улёгся на другой бок и прикрылся одеждой. Спать ещё хотелось, но сон уже не шёл к нему. Наверное, часов пять, подумалось Грише; и если Ксюша вернулась, то все знают о его исчезновении, но кто додумается искать в деревне; да и поедут ли вообще – подумают, что купец сбежал… от женитьбы! Как бы она, несчастная, не вышла замуж за другого, пока он тут прохлаждается... Вот это да! Всё понятно! Искандер – это же очевидно!