Маруся, не подозревая с приезжими ничего общего, мирно накрывала на стол. Роман похвастался, что он сегодня платит по счетам:
- Могу я хоть раз в жизни угостить любимую девушку?! Хочу себе это позволить!
Ксюша, понимая игру Романа, смеялась заливистым смехом, и впервые после исчезновения Григория чувствовала себя раскрепощённой и, что удивительно, никому ничего не должной. Она не обязана отвечать на ухаживания Романа взаимностью, он не ждет от неё этих усилий. "Боже, как же хорошо, - подумалось ей, - я никому ничего не должна".
- Нам, пожалуйте-с, чего-нибудь покрепче, - обратился Роман к Марусе, не отводя при этом глаз с дочери купца. - Ведь не каждый день приходится на учёного мишку смотреть! Я, почитай, лет десять не встречал... Ксения Лазаревна, Ваше здоровье...
Маруся подождала, когда постоялец крякнет в своё удовольствие в рукав, и подлила крепкого вина в желании услышать продолжение истории. Её, пусть не беззаботную, но поистине спокойную натуру, встревожило известие о медведе: "Уж не тот зверь, что в клетке?" Она знала намерение Искандера сегодня после службы отпустить умалишённого...
Глава 57. Ромка во хмелю, или "А..., где мишка?"
Роман, шутя и смеясь во хмелю, приподнял спутницу под локоть, и они вышли к повозке. Солнце исчезло, лишь все та же сиреневая феерия окутывала линию горизонта.
Осмелевший цыган ударил лошадь и повозка понеслась, через какое-то время свернув на просёлочную дорогу. Если бы Ксения знала, как по этому пыльному бездорожью везли бедного Григория, как он был раздосадован, что не женился на ней...
Домишко встретил приветливо, словно радуясь впервые посетившим его добрым людям. Дверь торжественно заскрипела: Григорий, не ожидая поздних гостей, устало встал на замлевшие ноги.
Приказчик, предвкушая запечатлеть зверя собственными глазами, всё ещё шутил и хорохорился... Но... абсурдная картина отрезвила его и лишила чувств купеческую дочь.
- Я зелье выпил! - не понял сначала Роман видения, но тут же успел подхватить Ксению и опустить её на рваный диванчик.
Григорию тоже родные люди показались плодом его больного воображения: он прильнул к прутьям и протянул руку к Роману. Тот стоял, не шелохнувшись, без способности говорить - минуту или секунды длилась молчаливая встреча. Роман разглядывал не похожего на себя Григория, а купец всё ещё хотел потрогать человека: не привиделось ли.
- Как Вы тут... - выдавил Ромка.
- Как видишь - живу, - и купец окинул взглядом клетку.
- А..., где мишка? - не соображая, промямлил ошалевший приказчик.
- Вот он, - и купец кивнул на медвежью шкуру.
- А кто Вас... - ничего не мог прояснить в перепуганной голове Роман.
- Жених! - и купец показал на Ксению.
- Ё-моё! Он?!! - Роман почувствовал, что теперь даже боится произнести имя. - А он мне дворянство обещал..., но я не знал, клянусь. - Он подошёл к увесистому замку, потянул вниз. - Ключи у него! Ммм... я сейчас!
Ромка выбежал из дома и кинулся к кибитке, рыща там какое-нибудь железо для взлома замка. Шёл дождь, крупные капли звонко шлёпались о молодые листья яблони и стучали по крыше. Земля под сапогами стала немного вязнуть, и Роман, медленно хлюпая ими, вошёл обратно.
- Значит, сговор! - кричал яростно Искандер, держа в руке револьвер, и благо, стволом вверх.
Ромка, увидев аристократа с оружием, понял, что разбираться некогда, потом! И с молодой цыганской силушкой ударил железной палкой сводного брата по макушке - Искандер приземлился рядом с Ксенией. Эту же палку Ромка живо затолкал в душку замка.
- Ключи, - крикнул Григорий, указывая на карман Искандера.
- Ах! - Ромка и впрямь обнаружил связку в оттопыренных штанах. Ключ подобрать удалось очень быстро, а вот с кандалами пришлось помучаться. Григорий сел на "мишку", пытаясь помочь Роману, и всё же оба периодически поглядывали, не очнулся бы злой дух в дворянине.
Распрощавшись с клеткой, Гриша взял на руки Ксению и, пинком открыв дверь домика, прямо босиком пошёл к повозке. Лошадь, в страхе зафыркав, кинулась в сторону.
- Сто-о-ой, свои... - Роман, вытирая мокрое от слёз и дождя лицо, не мог поверить в странный вечер, и уж чуть вовсе не расслабился…
- Роман! Проверь, живой ли?
Искандер полулежал на сером диванчике, на светлых волосах его выступила кровь, но рана явно не смертельная, так как он приходил в себя и даже звал Марусю. Роман вышел, плавно прикрыв за собой дверь.