Выбрать главу

Глава 86. Приказчики

Василий, толстый и на удивление расторопный слуга, боящийся хозяйки как смерча, прямо-таки вбежал в лавку и, задыхаясь, лёг на прилавок перед Романом. Ромка вносил что-то в большую тетрадь с самодостаточно разумным видом. Упавшие на лист кудри Василия он молча откинул и, приоткрыв рот, всё-таки дописал запланированное. 

- Ну-с, с чем пожаловали-с? Желает ли Ваша прекрасная и добрая хозяйка ассорти, последняя чайная коллекция... 

- К чёрту... - задыхаясь, сухим горлом прохрипел гость. - Воды!  

В толстые растопыренные пальцы Роман ткнул стакан. 

- И всё-таки... 

- Тссс... сейчас... отдышусь, - и откормленный, будто молодой поросёнок, приказчик сел на стул; тело его при этом спустилось по бокам от сиденья, и стало казаться, что изящные деревянные ножки под ним тотчас расползутся в стороны. 

Роману, вследствие собственного гармоничного настроения, сегодня везло с бухгалтерией, и он с упоением пустился стучать костяшками на счётах. 

- А ты представь, как она на меня кричит?! 

- На меня тоже кричат, - не поднимая головы, спокойно реагировал Роман.

- Неее, ты не слыхал её визга! 

- Так чаю, мыла? 

Василий, широко раскрыв глаза и вглядываясь в пустоту лавки, панически зашептал: 

- Доходы, говорит, узнай у Чулошникова. Вот!  

- Да кто их знает, доходы... я свои сосчитать не могу, - и цыган потянулся вверх за жестянкой. 

- Да ты что, - схватил его за руку Василий, - не понимаешь что ли, меня ж убьют! 

- Одним идиотом меньше станет, - и цыган отключился считать новенькие купюры, аккуратно складывая их в коробку. 

- А, заплатили тебе что ли... мне тоже нормально платят. Но побьёт она меня, побьёт, если я не узнаю! 

- А говорил, убьёт! Лучше б убила, честное слово! 

- К чему тебе моя смерть? 

- К тому, что ничего я тебе не скажу, а скажу - меня Лазарь Самсонович того, и всё! 

- И тебя наказывают?! - толстый заскрипел стулом. 

- Меня не за что! - гордо парировал Ромка. - И не велено о прибыли... поэтому ступай домой, а не то Лазарь придёт, услышит, о чём мы тут чирикаем. 

- Пожалей меня! Она же, как завизжит! 

- И зачем женщине доходы моего хозяина знать? - почесал Роман кудрявую голову. 

- Видите ли, а вдруг Ваш хозяин выгоду от брака с Анной Сергеевной ищет, вот. Материальную! - и толстый поднял указательный палец и погрозил им в воздухе. 

- Да мой хозяин богат! - Романа задели предположения Василия. - Передай своей хозяйке, что мы всех доходов даже сосчитать не можем, вот-с! - и Ромка потряс счётами над своей головой.  

- Купчиха уж больно богата, а кто его знает... 

Разозлённый Ромка рванул из-за прилавка и попытался опустить счёты на спину Василия: 

- Беги-беги... и передай, что у нас и лавка, и завод, и слуги верные, и дочь красавица. И вообще, Лазарь Самсонович, он... 

Но Василий, унося ноги, уже не слышал о доходах Чулошникова. 
 

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 87. Накануне

Ксюше казалось, что она бредит, и свадьба состоится не с ней. Именно сейчас  в доме портнихи пришло понимание того, насколько нежелательно это, казалось, романтичное событие. 

Хотелось кричать громко-громко в истерике, и то никто из близких не поверил бы, что она не хочет выходить замуж за Гакса.  

И какой сладостью всё ещё разливаются мечты о счастье с Гришей, а не о вынужденном браке. Но вроде бы никто и не гнал замуж: Ксюша просто плыла по течению, и события произошли сами.  

И вот невеста стоит перед высоким прямоугольным зеркалом и, примеряя платье, не видит себя. Бред: это не она, она не может выйти замуж без тех жгучих чувств; это не она, она не может обманывать себя и другого человека.  

"Нет!" - билось в чувствах сердце, но платье почти готово, и фата раскроена умелой француженкой.  

Ещё не поздно отказаться, просто сказать: "Нет!"  

Прямо громко закричать: "Не-е-т!" Как сложно уметь отказать, и кто бы знал, отказать ради будущего счастья или... или вновь ждут одиночество и неизвестность. Ведь Гриша...

- ...Ксения Лазаревна! Ксения Лазаревна! Какая же Вы красивая! - Ромка, приоткрыв дверь в комнату, смотрел на купеческую дочь, и сквозь туман слёз перед ним возникала девочка в розовом платьице из его детства. - Как же Вы прекрасны, - плакал Роман, не скрывая слёз. - И я собственными руками поведу Вас... 

Ромкина душа тоже кричала: "Нет!" Но ни Ксюшу, ни Романа никто не слышал. Есть ли Бог на небе, когда в душах людей происходят трагедии. Или Бог даёт, а человек не берёт... Или Бог не даёт, уберегая от мнимого счастья, наперёд зная, что это тебе не надо...