– На извинение похоже плохо, – я была возмущена! И так ничего не смыслю в этом мире, напичканном палладинами и некросами, так еще и спального места лишили! Селия тем временем фыркнула, но её хватило совести отвести взгляд. – Снабжение едой – на тебе. И поиск спального места – тоже.
– Да это вообще не вопрос! – натянуто улыбнулась девушка, – Повезло, что сейчас лето и не холодно. Сейчас искупаемся в озере, потом своруем что-нибудь на кухне. В сарае переночуем. Какие проблемы?
Воды озерца после дневного зноя, были приятно прохладными, освежали и расслабляли натруженные за день мышцы. Желудок неприятно сжался от голода, но я его проигнорировала и спросила:
– То есть, ты не впервые под раздачу попадаешь? – мне не то чтобы было аж так интересно, но видя, как сбавила обороты будущая палладинка, я решила дать ей и себе шанс. Не подруги, но... чтоб и не врагами были.
– Да постоянно! Это он только на людях меня хвалит, а на полигоне – требует вдвойне, если не втройне. И чуть что не так – «иди ты Селия на вольные хлеба».
– Оригинально...
– Ни капли. Другие своих детей едва не на руках носят, а мне наоборот, все шишки достаются.
– Может, потому и достаются? Он ведь с тебя достойного воина хочет сделать...
– А я всегда хотела быть просто дочерью. И никому ничего не доказывать... – она сказала это тихо, едва слышно, и если бы мы всё ещё плескались в воде, или пробирались через лес, я бы ничего и не услышала, а так... мне стало её жалко. Селия, словно почувствовав мой настрой, злобно добавила: – Я ничего не говорила. Ты – ничего не слышала. Тему мы закрыли и больше не поднимаем! А сейчас мы... впрочем, нет. На кухню я сама пойду – ты топаешь, словно стадо быков, заметит. Наказание продлит. Подожди меня у полигона.
– Но...
– Я сказала: «подожди», – зашипела девица. – Не ходи за мной – хуже будет.
Угу, а я её так и послушала. Сама ведь говорила, что тут вроде братства мушкетёров: один за всех, и все – за одного, так что... решение было более чем очевидным.
То, что решение было очевидным, ещё не значит, что оно было лучшим, думалось мне по пути к кухне. Приходилось сдерживаться и не визжать, когда какая ветка цеплялась за одежду, а травинки щекотали голые лодыжки, заставляя меня вспоминать о наличие ядовитых змей и насекомых…
Повезло, наверное, но нас не поймали на месте преступления. Никто не заметил, что мы пробрались на кухню – маленькую пристройку к столовой – и, не отходя от кассы, принялись рьяно пополнять энергию, растраченную на протяжении этого долгого дня. Нас никто даже не услышал. Никто не обругал и наказание не продлил. Последнему мы были особенно рады.
Глава 4.3
И лишь потом, ранним утром, с кряхтением отлепив наши измученные холодным земляным полом тела, мы поняли, что что-то не так. Первой это заметила Селия, хмуро застыла, прислушавшись.
«Наверное, она ловит сигналы из космоса» тщательно скрывая улыбку, думала я. Наблюдать за сосредоточенной девушкой, что мило морщила носик, массируя пострадавшую за ночь на кочках спину, было... умилительно – настолько юной и обиженной выглядела палладинка!
Отогнав мысли от заспанного облика моей соседки по несчастью, я тоже почувствовала неясную тревогу.
– Что случилось?
– Помолчи.
Ответила она совсем не мило. Я бы сказала – пролаяла. Закатив глаза, ясно давая понять, что именно думаю о манерах некоторых, я решила выйти на улицу: толку сидеть в полутемном сарае? Но не успела даже схватиться за расшатанную ручку, как на моё плечо опустилась рука:
– Не стоит, – совсем тихое, а в голосе Селии был явно слышен страх. Это мне не понравилось. За то недолгое время, что я смогла наблюдать за «хищником в его естественном хабитате», Селия лишь раз проявила эти чувства – перед ВПТ. В остальном же – неудовольствие, раздражение, злость, нервы, немного паники (когда меня спасали от некросов), и немного положительных эмоций. Да и те только в присутствии отца, и совсем мало – возле Тара.
Поэтому я даже не думала спрашивать вслух о причине такого поведения, лишь застыла и принялась ждать, прислушиваться к тому, что происходило снаружи.
Когда же Селия ослабила хватку и взглядом подтвердила, что можно выходить, я с опаской нажала на рычаг и приоткрыла дверь.
Ничего. Абсолютно ничего. Хотя, вернее сказать, – абсолютно никого! Солнце уже поднялось, в это время обычно мы уже наматывали круги на полигоне, а тут – ни души.