Мозг Павла отказывался понимать услышанное и происходящее, но в нем взыграл интерес, к чему все это приведет. А может от удара по голове я впал в забытье и сейчас лежу в реанимации, а все это бред моего ушибленного мозга?
Вскоре они увидели Дастина, который направлялся к ним. Инна сразу же куда-то исчезла.
— Зайдите в дом, там поужинайте вместе со всеми, а потом ближе к половине двенадцатого мы пойдем к горе. Я отправлю вас к вашем другу и брату.
Павел вместе с Ритой зашли в маленький дом. Посреди большой серой комнаты стоял длинный стол. Над ним свисал абажур в виде желтого колпака. Во главе стола сидела Рахиль, которая увидев вошедших, мерзко улыбнулась.
— Наша великая Рахиль оказывает вам честь и приглашает присесть рядом с ней, — произнес Дастин, шлепувшись на стул по правую руку от старухи, — вы садитесь слева.
Пашка и Рита присели на стулья, осторожно поглядывая на находящихся за столом. Кроме Рахиль и Дастина здесь было еще семеро человек: четверо мужчин, которые недавно гоняли зомбированных, какой-то рабочий в робе, Инна и еще одна молодая девушка-казашка с испуганными глазами.
Старуха что-то сказала им с набитым беззубым ртом, но Дастин тут же перевел:
— Великая Рахиль надеется, что вы не разочаруете ее. А теперь хорошо подкрепитесь, а то неизвестно, когда в следующий раз вам удастся что-нибудь съесть. Ваших тоже покормят, не беспокойтесь.
На столе стояли четыре больших блюда, в которых было тесто с мясом. Наверно, это казахский бешбармак.
Ни у Павла, ни у Риты не было аппетита, но они заставили себя поесть мяса с хлебом, и запили это чаем с молоком, которые им наливала молодая девушка. Инна же делала вид, что ей до них нет никакого дела и о чем-то беседовала с рядом сидящим мужчиной.
Время тянулось неимоверно долго. Наконец старуха поела и громко отрыгнув, ушла в соседнюю комнату, закрыв за собой дверь.
Дастин посмотрел на настенные часы, висевшие напротив стола и произнес, обращаясь к Павлу и Рите:
— Подготовьтесь, через двадцать минут пойдем.
Все остальные тоже встали из-за стола и вышли во двор. Мужчины - надсмотрщики пошли в подземное помещение. Дастин ушел куда-то, а Инна снова быстро подошла к ним.
— Вот возьмите, — женщина быстро положила в руку Рите два маленьких образа, — один ‒ это вам, а второй, если будет возможность, передайте пожалуйста моему сыну. Его зовут Роман. Он такой высокий, плечистый, с кудрявыми волосами. Он не превращенец, не превращается в торнов.
— Торны, кто это? — удивилась Рита.
— Вы их увидите скоро там, в том мире. Да и сейчас здесь в подземелье готовят новых, чтобы они могли попасть туда. Зомбированные попадают туда только в обличии этих тварей. Некоторые там обратно превращаются в людей, а некоторые несут службу в таком обличии. А еще хуже ‒ некоторые становятся там орками. Чем хуже человек здесь в жизни, тем страшнее он там в том мире. А ещё…, — Инна не успела докончить, так как увидела Дастина, возвращающегося из-за угла дома, и скрылась в темноте.
Дастин подошел к ним, хлопнул Павла по плечу и пошел за ворота. Павел и Рита обреченно пошли за ним. Они перешли дорогу и подошли к забору, который ограждал территорию Феи Лелы. Дастин перелез через забор и посмотрел на стоящих за забором ребят.
— Ну, чего ждем? Лезьте сюда.
— А нельзя через ворота зайти? Вроде там они есть? — спросила Рита, которой не нравилось все происходящее, но страх за мать и брата вынуждал ее подчиниться обстоятельствам.
— Нельзя, — отрезал Дастин, — там придется проходить мимо слуг Лелы.
Пашка помог Рите перелезть за ограждение и затем сам перепрыгнул туда. Вслед за прислужником Рахиль, они стали взбираться на крутую гору. Неподалеку стоял фонарь, свет которого немного освещал их сторону. Наконец добрались до вершины горы. Гора хоть и не высокая, но крутая, так что Рита, поднявшись, запыхалась и тяжело дышала. Они встали возле какой-то расщелины, на которую Дастин светил фонариком сотового телефона. Это было узкое отверстие в горе, размером примерно метр в ширину и сантиметров тридцать-сорок в высоту.
— А как мы пройдем туда? — удивилась Рита.
Павел же не задавал никаких вопросов, надеясь, что все это сон. Я скоро проснусь.