Дреглот качнулся, и Рилд спихнул его с себя. Прежде чем он успел понять, что произошло, они оба оказались сидящими на полу в каком-то помещении наподобие ветхой таверны, в окружении дюжины совершенно ошарашенных людей.
* * *
«Ну, давай, - прошептала Алиисза в мозгу Фарона, — только потихоньку».
Фарон сидел на палубе, скрестив ноги, закрыв глаза, прижав ладони к пульсирующей поверхности живого корабля. Он пытался разобраться в своих ощущениях. Частью они были физические, частью эмоциональные, а некоторые в такой форме, какую Фарон себе даже не представлял. Он чувствовал некий запах, словно на открытом огне жарили лепешки из водорослей. В глазах у него вспыхивали огни, а когда они исчезали, перед глазами продолжали плыть размытые линии и пятна. Пульс корабля молотом стучал у него в ушах. Он сморщился, ощутив во рту отвратительный привкус тухлой рыбы. Все это нахлынуло разом и прошло.
«Используй тело, чтобы управлять им, — продолжала Алиисза, — а не только разум».
Фарон чувствовал, что она права. Словно ниоткуда накатила волна безнадежности, по коже у него побежали мурашки. Почти в тот же миг он вдруг ощутил прилив сил, казалось, он сможет поднять корабль над головой и забросить его через весь бесконечный Астральный Уровень прямиком в Абисс.
«Что-то вроде этого, — шепнула Алиисза. — Да...»
Корабль хаоса приводили в движение не ветер и не вода, но страсть, неопределенность, злоба, смятение — эти и иные подобные им чувства.
«Ты должен собрать воедино всю волю, чтобы плыть,— шептала Алиисза, — это тебе будет нетрудно. Научись передавать ее кораблю и через него уровневой среде вокруг себя. Объяснить, как это сделать, невозможно. Ты просто должен всецело слиться с ним и в то же время постоянно держать его под контролем. Понимаешь?»
Фарон кивнул, не желая говорить.
Что-то коснулось его кожи на запястье — тонкий усик, похожий на кусок веревки. Мастер Магика ощутил, как тот впился в его вену и начал сосать кровь. Он попытался отдернуть руку, но пальцы его прилипли к палубе.
«Не паникуй, — передала Алиисза. — Он не причинит тебе особого вреда, но сколько-то крови должен взять, иначе ваша связь распадется!
«Ты хочешь, чтобы я доверял ему? — спросил ее Фарон. — Доверял этому порождению дьявольского хаоса?»
Он почувствовал, как алю коснулась его щеки сухими теплыми пальцами, но видеть ее не мог. Она настаивала на том, чтобы он не говорил остальным о ее присутствии. Фарона это вполне устраивало.
На него нахлынула новая волна противоречивых эмоций, и он справился и с нею тоже.
«Корабль будет чувствовать то же, что чувствуешь ты, — сказала Алиисза, — как и ты будешь чувствовать то же, что и он. Теперь он будет слушаться твоих команд. Когда будешь готов, просто пожелай перенестись на Грань Тени, а оттуда дальше».
«Пожелать?» — переспросил маг. «Точно так же, как пожелал бы поднять руку или открыть глаза», — ответила она. «Так просто?» Демоница рассмеялась:
«Всего трое на тысячу мыслящих существ способны были бы сделать то, что сделал ты, милый. Установить связь с кораблем хаоса — опасная затея».
«Почему?»
«Если бы он не принял тебя, то убил бы, — ответила она, — причем весьма неприятным, отвратительным способом».
Фарон вздохнул, заинтересованный, но неудивленный.
«И ты бы позволила ему меня убить?» — спросил он.
«Ты должен был это сделать, так или иначе. Я верила в тебя».
Фарон уловил в ее голосе сарказм и подавил улыбку. Она демоническое существо и уж всяко сражается за другую сторону в кровавой невидимой войне. Какое ей дело, если корабль хаоса убьет его или лишит рассудка?
Усики соскользнули с его запястий, и ладони отклеились от палубы.
«Управление кораблем потребует полной сосредоточенности, — советовала Алиисза, — но, пока он лежит в дрейфе или держит заранее заданный курс, ты сможешь разговаривать со своими товарищами и даже творить заклинания».
«Подходяще», — заметил маг.
«Корабль хаоса был боевым кораблем, Фарон, — поучала она. — Он был создан для боя, и танар'ри, смастерившие его, не были заинтересованы в том, чтобы самый могущественный среди них маг был обречен постоянно торчать на палубе, беспомощный и безгласный. Кораблю потребуется изрядная часть тебя, но не ты весь. Не давай ему больше, чем необходимо».
«Как загадочно, — усмехнулся маг. — Мне это нравится».
— С тобой все в порядке? — раздался вопрос, и в первый момент Фарон решил, что это Алиисза.
«Ты же прекрасно знаешь, — мысленно ответил он, — что если бы со мною было не все в порядке, я бы просто...»
До него дошло, что с ним разговаривает не Алиисза, а Квентл.
— Мастер Миззрим... — окликнула верховная жрица. Фарон открыл глаза, но вынужден был несколько раз моргнуть, прежде чем смог снова видеть четко. Настоятельница Арак-Тинилита стояла над ним, скрестив руки на груди, взгляд ее был угрюмым и холодным, но рассеянным.
— Я в порядке, благодарю вас, госпожа, - ответил Фарон. — У меня есть основания полагать, что корабль вполне повинуется мне и что он готов к отплытию.
Он поискал взглядом остальных. Позади Квентл стояли Вейлас и Данифай.
— Когда вернется дреглот, — закончил Фарон, — мы можем отправляться.
— Мы не будем ждать Джеггреда, — ответила Квентл. Ответом ей были резкий взгляд Данифай и приподнятая бровь проводника.
— Госпожа... — начала Данифай, но Квентл подняла руку, велев ей умолкнуть.
— Всякий, кто покидает этот отряд без моего дозволения, — сказала Квентл, — заслуживает того, чтобы считаться дезертиром.
— Наверняка ваш родственник не собирался дезертировать, — отозвался Фарон. — Думаю, что и мастер Агрит тоже вряд ли. Мне кажется, что там, куда мы направляемся, нам понадобится их...
— Нет, — перебила верховная жрица. Глядя во тьму, она продолжила: — Оба они сильные бойцы, но там, куда мы направляемся, за каждым сталактитом будут таиться существа, способные разорвать каждого из них в клочья. Мы собираемся не на прогулку по Темным Владениям. То, с чем мы столкнемся, не победить грубой силой — только с помощью ясного и холодного разума, и теперь не время бездумно потакать собственным прихотям.
Фарон нахмурился, желая услышать, что скажут остальные.
Вейлас ожидал, какое решение примут женщины.
— Вы говорите так, будто знаете, что мы увидим там, — сказала Данифай верховной жрице. — Но ведь это не так, вы не можете знать этого наверняка.
Фарон, удивленный тем, как Данифай удалось подколоть верховную жрицу, взглянул на Квентл: ему было интересно, что она ответит.
— Я знаю, что не могу больше здесь оставаться, — заявила Квентл. Змеи медленно скользили по ее бедру. — Это место убивает меня. Мы знаем, что нам предстоит. Жизнь или смерть, мы выживем или умрем в Абиссе ради Паучьей Королевы.
Фарон вскинул бровь и улыбнулся, поглядывая на обеих жриц.
— Мы еще даже не начали, — настаивала Данифай.— Джеггреду там найдется дело. Надо подождать его.
— А вот это, куколка не тебе решать, — огрызнулась настоятельница Арак-Тинилита. — Ты и так уже позволила себе слишком многое.
Фарон видел, что Данифай стоило больших усилий, потупясь, уставиться горящим взглядом в палубу, а не сверлить им верховную жрицу. Это была уже не прежняя рабыня, и Фарон поймал себя на том, что улыбается ей.
— Мастер Миззрим, — сказала Квентл, — доставьте нас к Ллос. Теперь же.
— Мне нужно немного отдохнуть, — солгал маг. Говоря это, он сам не понимал, зачем лжет. На Данифай он не смотрел. — Еще одно погружение в Дремление для всех нас. Мы должны предстать перед лицом богини отдохнувшими и полными сил.
Квентл не ответила. Она повернулась и отошла. Данифай медлила.
«Что ты делаешь? — прошептала у него в мозгу Алиисза, напугав мага. Он и забыл, что она тут. — Это же неправда».
«Наставница Академии рассуждает неразумно», — ответил он демонице.
«Не хочешь путешествовать без своего дреглота?» — спросила Алиисза.