Лидия, ожидавшая в кают-компании своей очереди доступа в ванную, спросила вышедшую оттуда, распаренную и розовую от воды Стешу:
— Ну как, мечты сбываются?
— Вроде того, только, знаешь, извращённым способом. Как будто мои желания подслушал какой-то джинн и принялся исполнять их на свой лад.
— Но тебе хоть понравилось?
— Да, наверное.
Девушка вспомнила главное желание Демида.
За полтора часа до подлёта к Новосибирску-6 Корней попросил всех собраться в кают-компании. Стеша пришла туда из библиотеки, где с чувством священного благоговения рассматривала ряды бумажных книг, доставала оттуда отдельные экземпляры и перелистывала страницы с текстом, затаив дыхание. В эпоху тотального господства электронных носителей информации бумажные книги сделались роскошью, доступной только самым богатым. Демид и Лидия вошли со стороны биллиардной, где бывший дезинсектор учил бывшего пилота корпорации Вахрамеевых азам игры, Антонина, всё в той же розовой пижаме, вышла из спальни.
Лидия и Стеша заняли диван, Антонина и Демид разместились в креслах, для себя Корней попросил андроида с внешностью высокого стройного мужчины, одетого в серые брюки, белую рубашку и жилетку с позолоченными бортами, принести из спальни стул. На него Мохов уселся, закинув ногу на ногу.
— В чём цель собрания? — задала вопрос Антонина.
— Расскажи лучше, как ты добралась до яхты, — ушёл от ответа Корней.
— Мне просто повезло, — пожала плечами женщина, — я вылетела из корпуса технички одновременно со Стешей, но, если её швырнуло на эллинг, я полетела в следующий док. Там я, пока летела, вызвала глайдер и на нём добралась до яхты.
— И ты не захотела вернуться и помочь нам?
— Мне показалось более важным взять под контроль яхту. Я была уверена, вы отлично справитесь сами, и я не ошиблась.
— Понятно.
— К чему этот скептицизм? — удивилась Антонина, — если бы я хотела вас предать, я бы не стала ждать вас здесь.
— Это верно, — кивнул Корней, — если речь идёт о простом предательстве. Если же речь идёт о таком предательстве, которое сохранит тебе расположение исполкома и место в партии, то тебе, конечно, нельзя было улетать сразу.
— Обвинение в предательстве — вещь очень серьёзная, — медленно проговорила Антонина, её глаза недобро сузились, в голосе появилась опасная твёрдость, — его можно выдвигать, только обладая серьёзными доказательствами.
— Видишь ли, Антонина, — Корней, как будто смутившись, опустил взгляд, — проблема в том, что сигнал от Ефима, из клиники Самогонкиных на Большом Камне который, пришёл не на твой сетевой имплант, а сперва на приёмник челнока. Так что я смог оттуда скопировать его и отправить в исполком на анализ. И мне ответили, что это фальшивка, причём довольно грубая. Ты же мне называла программные средства и методики, которыми ты его, якобы, проверяла, и они сказали, что эти средства не могли не распознать подделки. Кроме того, мы посмотрели с Лидой сменное задание, оформленное тобой для полёта к яхте, и потом аннулированное службой безопасности верфи.
— Тоже решили, что это подделка? — хмыкнула Антонина.
— Нет, оно просто специально оформлено так, чтобы быть аннулированным. В связи с чем у меня два вопроса: кто ты на самом деле и чего хочешь?
— Может, предатель — ты? — Антонина контратаковала Корнея, — Ведь это ты предложил отправить на Большой Камень одного Пахома, и его захватили в плен. И ты предложил отправиться к яхте на техничке, после чего на нас напал дрон.
— Это легко проверить, — улыбнулся Мохов, — я готов прямо сейчас предоставить товарищам доступ к своему сетевику. Ты готова сделать то же самое? Если не готова, ответь, всё-таки, на мои вопросы.
— А я, представь себе, не хочу на них отвечать, — сказала Антонина и откинулась на спинку кресла.
Сначала она улыбалась, её глаза светились сознанием собственного превосходства, но, постепенно, выражение полного довольства сменилось крайней раздражительностью.
— Пытаешься подключиться к системам управления яхты? — покачал головой Корней, — Через бекдор, который оставила для себя? Я передал управление судном исполкому, очевидно, их защиту ты сломать не в состоянии.
— Разумно, — процедила Антонина сквозь зубы.
В следующий миг женщина сорвалась с места и метнулась к выходу на мостик.
— Демид! — крикнул Корней, — останови её.
Морозов вылетел из кресла и сбил Антонину с ног. Двое людей, сцепившись, покатились по полу, наконец, оказавшийся сверху мужчина вдавил женщину в серый ковролин. Стеша и Лидия, вскочив на ноги, подбежали и остановились рядом. Антонина, оставив попытки выбраться, лежала без движения.