Внезапно стоявший рядом андроид заговорил:
— Допустим, вы меня поймали. Что теперь собираетесь делать?
Стеша и Лидия испуганно отшатнулись от проявившей странную активность машины, Демид уставился на андроида непонимающим взглядом. Мохов встал со стула и подошёл к синтетическому слуге, чтобы рассмотреть поближе.
— Никогда бы не поверил, если бы не увидел своими глазами, — бормотал Корней, разглядывая андроида, — Это, что же, мгновенный перенос сознания? По-настоящему, без дураков?
— По-настоящему, Корней, по-настоящему, — отвечал андроид, — спроси меня что-нибудь, что знала только Антонина, если сомневаешься.
— Мой псевдоним на Ржеве? Когда мы встретили Вовку? — быстро задал вопрос Мохов.
— Ерофей Ромашкин, — не задумываясь, сказал андроид, — я хорошо это помню, потому что довольно долго подбирала его.
— Я впечатлён, — констатировал Корней, — однако, мои вопросы остаются в силе. Андроид, в принципе, не может управлять кораблём, поэтому выбор у тебя не очень большой.
— Говорить или не говорить — такие у меня варианты, если я правильно понимаю.
— Да, правильно, — подтвердил Корней.
— Что ж, я согласна ответить на твои вопросы, но с одним условием. Когда я закончу, я задам вопрос каждому из вас, и каждый из вас мне на него ответит.
Стеша смотрела на андроида во все глаза, до сих пор отказываясь поверить, что сознание Антонины перенеслось в машину. Даже девушка, мало интересовавшаяся вопросами робототехники, понимала, что в сверхсекретном, сверхпередовом «Астрале» только начинали экспериментировать с психослепками, а сейчас она как будто наблюдала готовую технологию в действии. От неестественности происходившего делалось жутко.
Андроид, тем временем, походкой вышколенного слуги подошёл к креслу, что занимала Антонина, и опустился в него. Все остальные тоже вернулись на свои прежние места.
— Итак, кто я такая на самом деле, кажется, это было твоим первым вопросом? — уточнил синтетический человек у Мохова.
— Верно.
— Скажем так, есть некий клуб бизнесменов, ассоциация своего рода, и я — член этой ассоциации. Никаких имён я, естественно, не назову, но, поверьте мне, от нас на Земле и околоземной орбите зависит очень многое. Да вы и сами можете это понять, если задумаетесь, сколько могла стоить разработка технологии мгновенного переноса сознания, и сколько — поддержание абсолютной секретности вокруг неё.
— Даже страшно представить, — криво улыбнулся Демид.
— Вот-вот, — поддержал его андроид, — тебе, Демид, как бывшему обладателю зелёного рейтинга, проще остальных вообразить порядок цифр, о которых я веду речь.
— Давно этот ваш клуб существует? — спросил Корней.
— О да. Наш клуб старше и вашей Ad Astra, и даже «Орбиты и Свободы». Наш клуб, можно сказать, стоял у истоков колонизации околоземного пространства, и архитектура этой колонизации, во многом, — наше творение.
Стеша опять почувствовала, будто плыла в крохотной жестяной банке с тонкими стенками посреди бескрайней бесконечно голодной космической черноты, но теперь чернота не была пустой. В ней плавали древние хищники, громадные и незаметные, пока они не нанесут удар.
— Что нужно вашему клубу в нашей партии? — поинтересовался Мохов, — почему ты вдруг решила сдать нас Союзу Духовного Спасения?
— Понимаешь, Корней, наш клуб существует так долго в том числе и потому что всегда предугадывает очередную трансформацию общества и использует её себе на пользу. Вопрос прибылей для нас вторичен в данном случае. Поэтому наш клуб, например, горячо поддержал в своё время экологическую повестку, закончившуюся переносом вредных производств на околоземную орбиту. Хотя это и принесло нам поначалу лишние расходы. Наш клуб финансировал гуманитарные исследования по новой этике и посттравматической психологии, в результате которых родилась система Нойман, призванная снизить уровень токсичности в хрупкой системе орбитальных поселений. В последнее время для членов нашего клуба всё более очевидным становится приближение очередной трансформации общества. Появился достаточно обширный слой населения, экономические интересы которого толкают его представителей на нарушение действующих кодексов и правил. Именно такие люди впитывают в себя пропаганду вашей партии и устраивают потом стачки. Наш клуб отнюдь не уверен, что существующая система уцелеет по итогам деятельности этого слоя, но наш клуб уверен, что надвигающимся кризисом можно управлять.