И справедливости ради, надо сказать, что польза от этого была несомненная. Однажды вечером он, сидя за органайзером, пришел к выводу, что Фагунд способен…ответить на многие извечные вопросы. Иначе говоря, это скорее информационное существо, чем просто биологический организм. Он не только рядовой исполнитель чужой воли…
Илья сложил органайзер, потянулся и отправился спать. Перед сном он выпил традиционный фруктовый сок.
Утро в Институте Будущего началось с того, что Круглов затребовал рабочие отчеты за последнюю неделю.
Изменения в развитии искусственного существа были столь очевидными, что директор решил обсудить с Ильей возможность изменить ход экспериментов.
Программа требовала корректировки.
Круглов появлялся в своем рабочем кабинете без пятнадцати девять. Он успевал просмотреть почту, составить план дневных дел. К девяти часам приступал непосредственно к самой работе.
– Будьте добры, пригласите ко мне Илью, – отдал он распоряжение, наклонившись к переговорному устройству, расположенному на столике справа от него.
Круглов что-то записал в своеем еженедельнике и повернулся к компьютеру.
Не прошло пяти минут, как голос в динамике ответил:
– Его нет на работе.
– Как нет? – удивился Круглов.
– Так. Его просто нет на работе. Потому что сегодня он не проходил через проходную. Компьютер это подтвердил, – секретарша говорила хорошо поставленным, внятным голосом.
Пальцы Круглова исполнили на столе нервную барабанную дробь.
– Срочно узнайте, почему он не вышел на работу. Интересно, что же могло произойти? Свяжитесь с ним и немедленно пригласите. Нас сегодня ждет очень серьезная работа, – Круглов изменился в лице. Илья был дисциплинированным человеком и подобные вольности в виде самовольных прогулов вряд ли мог себе позволить.
– Хорошо, сейчас я все выясню, – в динамике раздался щелчок и погас индикатор линии.
Круглов вызвал к себе начальника службы безопасности по управленческому аппарату.
В кабинете появился высокий худощавый мужчина лет сорока пяти с хитрыми проницательными глазами и сдержанными манерами.
– Анатолий Федорович, вы ничего не замечали странного в последнее время? Как у нас обстоят дела? – Круглов встал и медленно подошел к нему. Поднял голову и открыто посмотрел ему в глаза.
– Все в порядке. По моей части все нормально. Никаких замечаний…
– Никто не пытался проникнуть в наши информационные системы? Не пытались похитить информацию, наконец просто купить сотрудников или угрожать? –Круглов прищурился.
– Нет. Таких сигналов ко мне не поступало, – без колебания выпалил Анатолий Федорович и вопросительно покосился на безобидный стенной шкаф. Там у директора скрывалась система, которая просматривала все компьютеры предприятия. Работала она в автоматическом режиме и не требовала участия человека. При попытке вмешательства со стороны она обязана была тайно оповестить руководство. Если сотрудник занимался в рабочее время не тем, чем надо, она также не забывала сообщать об этом начальству.
– Здесь все чисто, – брезгливо замотал головой Круглов.
В этот момент вошли двое сотрудников отдела безопасности и остановились посередине кабинета:
– Илья мертв.
– То есть как мертв? Что вы сказали? – наклонил голову Круглов и осторожно подошел к ним.
– Он мертв. Это точно, сомнений быть не может. Сейчас мы были у него дома и убедились в этом сами – мы видели труп своими глазами. Пришлось воспользоваться специальным кодом и открыть дверь, – тихим голосом, почти шепотом пояснил стоящий справа.
– Как такое могло произойти? Что вообще творится в его доме? Какая там обстановка? – Круглов говорил нервно, быстро. Он расхаживал из угла в угол, бросая короткие взгляды по сторонам.
– Когда мы вошли в его дом, в комнате было спокойно и тихо – ни звука. Все вещи и предметы лежали на своих местах, – ровным тоном сообщил сотрудник службы безопасности.
– Вы хотите сказать, что никто посторонний в дом не проникал? – наклонил голову Круглов, напрягая мышцы на лице.
– Вот именно. Никаких следов борьбы, одежда целая – нет никаких пятен. На его теле нет признаков насильственной смерти.
– Вам не кажется странным, что мужчина в самом расцвете сил скончался от какого-то сердечного приступа? Или еще что-то в этом духе? – Круглов весь побелел, но мозг его сохранял ясность.
– Трудно сказать, что произошло на самом деле. Здесь нужна экспертиза, – нахмурился сотрудник безопасности.
– Срочно специалистов сюда. Разберитесь и доложите. До прихода полиции. Направьте своих лучших людей, – Круглов искривил губы и грозно посмотрел на худощавого начальника службы безопасности.
– Есть, – по-военному ответил Анатолий Федорович, развернулся и вышел. Двое его подчиненных отправились за ним.
Осмотр ничего не дал – все в норме, никаких отклонений. Причина внезапной кончины Ильи долго оставалась неясной.
Фагунд спал чутко. Малейший шум и он мог проснуться. Если нет никаких распоряжений начальства…
Сон его всегда был тихим и спокойным. Со стороны казалось, что ему снятся бабочки, порхающие над цветами. Его сны всегда были содержательными и значимыми.
На этот раз он видел какие-то темные фигуры, суетящиеся и опасные. Они что-то между собой обсуждали, размахивая руками. Фагунд "видел" во сне значения их мыслей. Когда сопоставил полученную информацию со своей памятью, то пришел к выводу, что это были люди из "Сапфира". В отличие от многих людей, Фагунд мог во сне размышлять, сравнивать и принимать осознанные решения.
Однако, он ничего не мог с собой поделать – он заблокирован и не может с этим ничего поделать.
Биоробот должен был проснуться только по истечению срока действия сильного препарата – впереди еще сорок восемь часов, безжалостно введенного в его организм. Его не считали человеком и даже животным. С ним могли сделать все, что угодно. Если того требовала наука или сомнительные промежуточные выводы сотрудников.
Фагунд не мог спать спокойно.
Он понимал, что происходит что-то серьезное – нужно обязательно принять срочные меры!
Всеми силами он пытался воздействовать на Круглова. Пока тот не почувствовал смутную тревогу.
Среди ночи он проснулся и больше уже спать не мог. Мысль постоянно возвращалась к роботу. Разложив все по полочкам, он пришел к выводу, что только Фагунд может сейчас ему помочь.
Круглов имел аналитический склад ума и не стал дожидаться рассвета. Вооружившись переговорником, он отдал короткое распоряжение дежурному:
– Вывести его из состояния блокировки. Я сейчас буду.
Приказы редко не выполнялись. Круглов не сомневался, что через пару часов он сможет общаться с искусственным организмом.
Фагунд себя не считал каким-то необычным. Внутренняя уверенность в своем праве на существование позволяла ему всегда держаться уверенно, быть с людьми на равных. Не чувствовать своей ущербности.
Небольшая комнатка освещалась двумя матовыми плафонами дневного света и казалась неестественно бледной, тоскливой.
– Доброе утро, – Круглов пожал руку дежурному, наблюдающему за объектом номер один через небольшой монохромный монитор.
– Доброе утро, – ответил дежурный с красными воспаленными от постоянной нагрузки глазами.
Электромагнитные защелки отпустили дверь с едва различимым щелчком и оба вошли внутрь.
У обоих на лицах присутствовали страх и любопытство одновременно. Прежде им полностью командовал Илья. Теперь, когда Фагунд лишился своего хозяина, трудно было утверждать, что поведение Фагунда останется прежним.
Ничего страшного не произошло.
Все оставалось по-прежнему. Внешне Фагунд ничем от человека не отличался – и это немного успокаивало, внушало доверию. Внешность ему подобрали самую обычную, положительную.
Его голубые глаза ясно смотрели из-под ровных бровей, не выражающих ничего животного – лицо самого обычного человека, только немного более спокойного и уравновешенного.
– Нам обязательно нужно поговорить, это очень важно, – тихо произнес Фагунд, не отводя глаз.