Поэтому, чтобы уберечь лакомую для хакеров информацию: данные банковского счёта, пароли и так далее, – Apple придумала систему Secure Enclave (безопасное хранилище).
«Мы хотим, чтобы Apple ни при каких обстоятельствах не раскрывала тайны пользователей», – говорил Крстич битком набитому залу в казино «Мандэлэй-Бэй» в Лас-Вегасе. Secure Enclave «защищено надёжным криптографическим универсальным ключом из пользовательского пароля… Взлом вне сети невозможен».
И что же, скажите на милость, оно делает?
Дэн Риччио, вице-президент по аппаратному обеспечению Apple, объяснил это, когда впервые представил общественности чип: «Вся дактилоскопическая информация зашифрована и помещена в безопасное хранилище на наш новый чип A7. Он изолирован от всех остальных частей, доступен только с помощью тактильного ID-датчика. Он не реагирует на другое программное обеспечение и никогда не отправляет данные на серверы Apple и не синхронизируется с iCloud». По сути, Secure Enclave – это совершенно новый компьютер нижнего уровня, собранный специально для операций шифрования, отвечающий за сохранность личных данных и не контактирующий с серверами Apple. Он смоделирован, чтобы взаимодействовать с вашим iPhone таким образом, чтобы ваши самые ценные данные оставались под защитой и до них не могли дотянуться ни Apple, ни правительство, ни кто бы то ни было.
Или, говоря словами Крстича: «Мы можем вывести секретные данные на страницу, отображающую выполняемый процесс, но мы не можем прочесть их». Хранилище автоматически шифрует вводимые данные, и это также касается данных, полученных от тактильного ID-датчика.
Так зачем же нам нужны все эти уровни с дополнительной защитой? Разве не может Apple доверить пользователям сохранность их собственных данных?
«Пользователи, как правило, пренебрегают криптографически надёжными паролями», – сказал Крстич. На экране позади него появилась более резкая формулировка его высказывания: «Люди не способны к безопасному, по-настоящему надёжному шифрованию». К концу выступления меня всё ещё интересовал вопрос, с каким видом проблем безопасности Apple чаще всего имеет дело. Крстич охотно отвечал на задаваемые из зала вопросы, однако я прекрасно знал, что любой человек, работающий в Купертино на высокой должности, всегда умеет мастерски уходить от ответов. Но всё же я решил попытать удачу и пошёл к микрофону, поставленному в зале между рядами.
– С какой проблемой безопасности в iOS Apple сталкивается чаще всего? – задал я вопрос.
– Непростой вопрос пришёл ко мне из зала, – откликнулся Крстич после недолгого молчания. Толпа пришла в восторг – настолько, насколько может прийти в восторг зал, набитый профессионалами в области информационной безопасности в заключительный день конференции в три часа дня, – послышались смех и аплодисменты. «Спасибо», – сказал Крстич, пока я стоял и ждал ответа. «Нет, правда, спасибо вам», – повторил он. Вот и весь ответ, который я получил.
Попытки ФБР взломать iPhone привлекли внимание к кибербезопасности, однако хакеры пытались пробить защиту устройства с самого первого дня его выхода. Как и с большинством современной электроники, взлом помог сформировать культуру и характер самих продуктов. Хакеры могут похвастаться обширным и почти величественным наследием: практика взлома систем существует с тех пор, как люди научились передавать информацию в электронном виде.
Один из первых и самых забавных взломов по беспроводной сети в истории случился в 1903 году. Итальянский предприниматель и радиотехник Гульельмо Маркони организовал открытую презентацию своей новейшей беспроводной коммуникационной сети, которая, как он смело заявил, могла передавать сообщения азбукой Морзе на огромные расстояния. Также он объявил, что передача сообщений надёжно защищена. Согласно его словам, если настроить аппаратуру на особую длину волны, то отосланное сообщение сможет получить только принимающая сторона.
Его коллега сэр Джон Амброз Флеминг поместил приёмный аппарат в лектории лондонского Королевского института; Маркони должен был передать ему сообщение с высокогорной станции, расположенной на расстоянии примерно пятьсот километров, в Полду, графстве Корнуэлл. Ближе к началу демонстрации вдруг стал слышен необычный, ритмично стучащий звук – морзянка: кто-то начал трансляцию в лекторий. Сперва шло одно и то же слово: «крысы». Затем отправителем овладело вдохновение, и он отправил лимерик, который начинался: «Жил-был итальянский паренёк, кто облапошить кучу народа смог». Систему Маркони и Флеминга взломали.