Вся эта негласность привела к тому, что Apple смогла более прочно контролировать свой посыл и держать фокус исключительно на продукции, держась в стороне от провокационных тем: скажем, условий труда на заводах, где производят их телефоны, или вывод заграницу 240 миллиардов долларов в страну с низкими налогами, в Ирландию. Или даже менее провокационные вещи, например, роль определённого сотрудника в разработке iPhone.
По сути, Apple установила новые нормы в контактах с общественностью и технической прессой: никаких допусков, никаких официальных комментариев, никакой прозрачности. Поэтому я созвонился с редактором технического раздела журнала Atlantic, Адриен Лафранс, которая некогда написала научную работу о стерилизации технической прессы. Я хотел узнать, как подобная склонность Apple влияет на общественность.
«Возникает опасность, что, если становится понятно, что компания откажет вам в интервью или никогда не даст комментарий, возникает непонятное для меня явление, когда журналисты с неимоверным упорством начинают охотиться за этой информацией, прекрасно понимая, что ничего не получат», – рассказывает она. Поэтому, подолгу отказывая журналистам в доступе, Apple (и прочие суперсекретные технологические компании) приучают их смириться и довольствоваться официальной позицией или подробностями, которые открываются на общественных презентациях, где анонсируется тот или иной продукт.
«Все стороны становятся слишком уж довольны подобным соглашением, – говорит Лафранс. – Если вы взглянете на экосистему технологических сообщений, то как часто оценка продукта независима от установок компании?» – говорит она. Такой подход сделал продукт центром вселенной. Он существует чуть ли не отдельно от мира рабочих, разработчиков, пользователей, предпринимателей.
Так как же взломать код? «Даже если ответ „не всегда возможно“, нужно продолжать пытаться», – говорит Лафранс.
Я так и сделал.
Английское техническое издание Register, известное своими резкими критическими взглядами на индустрию, разместило забавную публикацию, подробно описывающую усилия их сотрудников получить приглашение на презентацию iPhone 7. Они установили почтовую отслеживающую программу, чтобы посмотреть, действительно ли пресс-группа Apple читает все входящие. Оказалось, что читает. (Ребят просто не пригласили.)
Так что я решил проделать то же самое. Сотрудники Apple несколько месяцев не отвечали на мой последний запрос об интервью. Поэтому я установил почтовую отслеживающую программу, изготовленную компанией Streak, и отослал свежую заявку. К концу дня её прочли с трёх разных устройств, предположительно, три разных человека. Ответа я так и не дождался. Я попробовал снова неделю спустя – результат тот же. Просто прелесть.
В конце концов я решил обойти посредников и написал лично Тиму Куку. А вдруг. Хорошо известно, что Джобс время от времени отвечал на случайно выбранные письма, и Кук проделывал то же самое пару раз.
Я отослал Тиму Куку письмо с заявкой на интервью на 31 августа 2016 года. И тут началось самое интересное. Установленная мной программа отслеживания работает благодаря загрузке в электронное сообщение крохотного прозрачного 1x1 пикселя. Когда сообщение открывают, изображение пингует сервер, с которого оно пришло, с данными, где содержатся время и место, когда и где было открыто письмо, плюс с какого устройства.
Меня ждало что-то совершенно непонятное. Когда Тим Кук открыл моё письмо, программа показала мне, с какого именно устройства – со стационарного компьютера с Windows.
Явно ведь какая-то ошибка. Я написал в Streak и спросил, насколько точно работает эта часть их программы. Техподдержка ответила мне: «Если у неё есть характерные данные устройства: точнее некуда». Я отослал Куку ещё одно письмо – и оно тоже было открыто на стационарном компьютере с Windows.
Тим Кук пользуется PC? Или его помощник, который занимается сортировкой писем? В любом случае как-то странно.
По-видимому, письмо, отосланное мной Куку, перешло в пиар-отдел Apple; мои мольбы были услышаны. Я спросил у представительницы пиар-отдела, читал ли Тим Кук моё послание. «Да, – ответила она, – читал и перенаправил к нам». Ну ладно. Пару недель спустя я отправил ещё одно письмо. Его снова открыли со стационарного компьютера, работающего на ОС Windows. Сам Кук так ни разу мне и не ответил.
Всё, всё. Итак, перед нами компания, которая долгое время делала упор на суперконфиденциальную политику, породив целое информационное пространство, которое жадно ловит любую весточку, хоть как-то связанную с Apple, и создав ядро пользователей-потребителей, ожидающих новейшего релиза. Выглядит так, будто проделана большая подготовка для хорошо продуманной позиции: появления авторитетного голоса, который окончательно и бесповоротно может менять суть дела и периодически вводить массы в состояние возбуждения.