Все эти силы продолжают формировать телефон и по сей день. iPhone состоит из идей, материалов и деталей из разных концов мира: придумали его, а затем собрали прототип в одной части света, добыли ресурсы – в другой, изготовили конечный вариант – в третьей; и его влияние бумерангом возвращается обратно во все эти места и во многие другие.
Я задался целью во всех моих интервью спрашивать людей, работавших над первым iPhone, как они относятся к устройству, которое благодаря им разошлось по всему свету, и очень удивился, услышав почти ото всех двойственное отношение. Многих пугало то, каких высот и всепоглощающей популярности достиг iPhone и бум приложений, порождённый им. Большинство также отмечало отрицательные стороны, что он постоянно отвлекает на себя внимание, что парочки сидят вместе за ужином, молча уставившись в свои телефоны.
Один из опрошенных, Грег Кристи, который мечтал создать портативный компьютер, хранит iPhone первого поколения у себя дома. «Я попросил ребят из аппаратного отдела извлечь батарею из первого iPhone, и теперь он лежит у меня, вместе с газетой, вышедшей в тот памятный день. С фотографией моей семьи. И с запиской, – рассказывает он. – Всё это спрятано под половицами крыльца – дело всей моей жизни».
Однако больше всего меня поразил ответ человека, руководившего разработкой программного обеспечения для самого влиятельного устройства наших дней.
«Я вижу, как люди всюду носят с собой телефоны и почти никогда с ними не расстаются, – говорит Ламиро. – Как я к этому отношусь: ну да, это здорово, это удивительно. Но, знаете, софт – совсем не то, что живопись, которой занимается моя жена. Она – художница и пишет картины маслом. Когда она завершает картину, её работа остаётся на века, она неподвластна времени. А технологии – кому будет интересен iPhone через двадцать лет?»
Он имеет в виду, что технологии всё время меняются, совершенствуются, и даже достижения, которые приводят к появлению чего-то настолько значимого и популярного, как iPhone, в итоге устаревают и оказываются забыты. «После нашей технологии будут и другие», – говорит Ламиро. Он рассказывает, что писал код десятки лет, и от его работы почти ничего не осталось: большую часть уже удалили и заменили. «Впрочем, вся основа, платформы всё те же». Хорошая метафора для описания технологического прогресса. Его работа способствовала созданию более масштабной, более постоянной оболочки, платформы, которую другие люди возьмут за основу, станут использовать, дорабатывать и развивать дальше.
«Ты не создаёшь нечто, подобное музыкальному произведению, которое будут слушать и переслушивать десятки или сотни лет, – говорит Ламиро. – Твоя работа не проживёт долго, вскоре её заменит что-то получше, и от неё не останется и следа». А если след и останется, то его мало кто заметит. Один шажок вперёд, бог знает, к чему навстречу, один шажок в океане прогресса, где смешано множество технологий.
Пусть работа и останется никем не замеченной, она всё равно будет значимой – она станет клеем, который скрепляет постоянно совершенствующиеся технологии, наши основные способы взаимодействия с миром.
Некогда компьютеры были людьми, и, в известном смысле, ничего не поменялось. Потому что совершенствование идёт благодаря сотням тысяч ученых, инженеров, простых рабочих, дизайнеров, продавцов, исследователей и шахтёров. Устройство следующего поколения уже находится в разработке, можете поверить: его уже добывают из недр Земли.
Об источниках
iPhone представляет собой конвергенцию технологий, или, говоря словами компьютерного историка Криса Гарсии, технологию слияния. Существует множество высокоразвитых технологий, которые упакованы в наши тоненькие прямоугольнички и которые, как видно, так прекрасно уживаются друг с другом, что они объединились в продукт, работающий будто по волшебству. Поиски и исследование истоков, породивших подобное устройство, оказались делом непростым: потребовалось хорошенько продумать какие технологии и места нужно изучить, с какими людьми пообщаться.
Предстояло разобраться с теми вещами, которые, по моему мнению, являлись ключевыми ингредиентами iPhone – мечтой об аудио-визуальном средстве общения, технологией мультитач, процессором, требующий минимум затрат и при этом выдающим высокую производительность, разработкой революционного пользовательского интерфейса и так далее, – и изучить их корни. Таким образом, перед написанием каждой главы я беседовал с изобретателями технологий и новаторами, равно как с историками и аналитиками, изучавшими ту или иную технологию, штудировал опубликованные исследования и патенты, относящиеся к рассматриваемой сфере, и отправлялся в значимые места, которые влияли или способствовали развитию предмета, о котором я писал. К примеру, мультитач я обсуждал с Биллом Бакстоном, первопроходцем в данной области, я ездил в ЦЕРН, чтобы взглянуть на среду, в которой впервые зародилась эта технология, и просто не мог не высказать упрёк в сторону всем известного заявления Стива Джобса, что именно Apple «изобрела мультитач». Разговоры с Бакстоном и изобретателем сенсорной технологии Бентом Стампом помогли мне восстановить сложную и полную тайн общую картину изобретения, обрамлённую личностями со сложными отношениями к своей работе и месту в истории.