Ошима работал в исследовательском отделе Panasonic и трудился над вибрационными гироскопами для ранних автомобильных навигационных систем. Проект внезапно завершился незадолго до отпуска Ошимы и его судьбоносной поездки на Гавайи летом 1982 года.
«Я отдыхал на Гавайях, мы с другом ехали в машине, и он пытался на ходу заснять на видео местные пейзажи, – рассказывает мне Ошима. – Друг всё время жаловался, что в машине на ходу сложно снимать: всё постоянно скачет». Размещавшиеся на плече видеокамеры, как у его друга, были тяжелыми, большими и дорогими, и всё же не могли спасти от смазанного изображения. Тогда Ошима увидел параллель между трясущейся камерой и его вибрационными гироскопами: ему пришло в голову, что от размытого изображения можно избавиться путём расчёта угла поворота камеры с помощью вибрационного гироскопа и соответствующей корректировки изображения. Говоря простым языком, это то, что делают сегодняшние стабилизаторы. «Как только я вернулся в Японию, я сразу же принялся исследовать способы стабилизации изображения на основе гиродатчика».
Увы, руководство Panasonic не заинтересовалось его разработкой и на неё не выделили бюджет. Однако Ошима верил, что способен улучшить стабилизацию изображения, поэтому стал работать ночами, создавая прототип измерительного лазерно-зеркального устройства.
«До сих пор помню момент, когда я с волнением впервые включил камеру-прототип. Изображение не смазывалось даже при тряске. Просто чудо какое-то! Это был самый необыкновенный момент в моей жизни».
Ошима взял напрокат вертолёт, облетел вокруг дворца в Осаке – одной из самых выдающихся достопримечательностей Японии – и сделал съёмки с использованием новой технологии и без неё. Результаты так впечатлили его руководителей, что они в итоге выделили деньги на проект. Но даже после нескольких лет работы, с готовым промышленным образцом на руках, руководство не спешило выводить продукцию на рынок.
«На пути коммерческой реализации продукта стояло препятствие, – говорит Ошима. – Японский рынок тогда смотрел в сторону уменьшения габаритов видеокамер, но эта мания тогда ещё не дошла до США». Поэтому он обратился к своим партнёрам в Северной Америке. «В 1988 году видеокамера PV‐460 стала первой в мире камерой со стабилизацией изображения. Она разошлась в США на ура, хотя стоила прилично, 2000 долларов». Дороже, чем у конкурентов, да, – но возможность получить чёткое изображение полностью оправдывала высокую цену.
Технология перекочевала в цифровые камеры Nikon и Canon в 1994 и 1995 годах. «После них изобретение разошлось по всему миру, и со временем моя разработка оказалась в стабилизаторах изображения всех цифровых камер». Спустя годы Ошима всё ещё продолжает трудиться, внедряя свою разработку во всё более компактные устройства, и, кажется, он потрясён распространённостью технологии, основу которой он заложил.
«Просто не верится, что технология всё ещё используется практически в каждой камере, и это спустя тридцать четыре года после появления первого изобретения, – рассказывает он мне. – Теперь почти у каждого устройства, оснащённого камерой, включая iPhone и смартфоны на Android, имеется стабилизация изображения. Моя мечта оборудовать данной технологией все камеры наконец-то воплотилась в жизнь».
Для Ошимы новаторство – это создание новых взаимосвязей между разными идеями. Или новых маршрутов, пролегающих через существующие взаимодействия. «Вдохновение, в моём понимании, – это необыкновенное явление, во время которого одна идея в голове неожиданно встречает и создает прочную связь с другой, совершенно иной идеей». Это как существование очень широкой экосистемы.
Я снова гляжу на фотографии, которые Лураши сделал в Париже на мой телефон, и поражаюсь, насколько они выразительны: пожилая дама увлечённо читает книгу в парке; танцующая женщина пересекает оживлённую площадь; мужчина стоит в открытом проеме подвесного моста. Каждая фотография резкая, снята быстро и незаметно, и каждая из них полна жизни.
Больше всех мне нравится снимок девочки, беспечно карабкающейся по железной ограде; на нём запечатлена её гибкая фигурка в изящно переплетённой металлической паутине, уходящей в точку на горизонте. Чтобы сделать снимок потребовалось всего пара секунд, и ещё две – чтобы отредактировать и выложить в интернет.
Глава 7
Чувствуя движение
Я стою под массивными каменными колоннами и арками просторного и по-монастырски тихого зала, а передо мной – маятник Фуко, свисающий с шестидесятисемиметровой высоты. Острый наконечник, прикрепленный к покрытому свинцом шару, слегка касается стеклянного стола, на который сквозь витражи падает солнечный свет. Сложно представить, чтобы научный эксперимент настолько сильно походил на божественное проявление.